Скандал в Дуате

А едва начинаются какие-то более пикантные и отвлеченные темы, занавес падает. Катя сразу дает Жене поручение. Ой, она шарфик забыла. Ой, коньячку ей принеси. Ой, еще кофе захотела. Ой, на ресепшн узнай, когда… Молодец. Идеальная цензура. Не дает с девочками засиживаться. А он бы, кажется, уже посидел, поговорил. 

Ира недоверчиво хмыкнула, однако задумалась. Полагаю, в ее поваренную книгу брака добавился еще один рецепт. 

Молчаливая пара влюбленных, которые постоянно держались за руки, поразила меня настолько, что я сама пригласила их посидеть с нами.

 

Оба светленькие, возвышенные, изысканно одетые, они очень мало говорили, больше перешептывались. В их присутствии не хотелось произносить грубых речей или сплетничать о постояльцах. Истинные влюбленные, особенно не такие уж юные, как наша пара, облагораживают любые посиделки. Они привносят легкую щемящую ноту. В больших зеленых глазах мужчины не было иного выражения кроме нежности. Пухлые губы спутницы то и дело трогала предупредительная улыбка, словно она постоянно телепатически интересовалась у него − хорошо ли тебе, милый, со мной? Ты всем доволен? Его звали Виктор, ее − Валентина.

Так трогательно. Казалось, они спустились к нам с небес или прибыли прямиком из какой-то очень чистой легенды, где поступками людей заправляют возвышенные страсти. 

Был в нашей компании и свой павиан-серцеед – расхожий курортный персонаж, стареющий ловелас тоже лет пятидесяти, из Сыктывкара. Без таких персонажей любой пляжный отель в Турции или Египте − сирота.

 

Неплохо сохранившийся, спортивный, высокий дядя в темных очках «авиатор» умело мимикрировал в любой компании, потому тусил не только с нами, а бойко «работал» по всему пляжу. Мужчина по имени Бронислав подвизался в сыктывкарской мэрии. Какую должность занимает, не говорил, но постоянно намекал на заметное место в истории города, района, области и, возможно, государства. 

Днем Бронислав демонстрировал свой поплывший торс на пляже, стоя у самой кромки воды, и поверх голов постояльцев отеля вглядывался в даль.

По вечерам Бронислав окучивал три-четыре дамы разом, чтобы не терять время впустую. Из такого количества женщин уж кого-то, но зацепишь наверняка. Вечером в баре на открытом воздухе, развалившись в плетеном кресле, он громко разговаривал по телефону с подругой жизни, оставшейся дома. «Что ты, дорогая, какие тут женщины? Нет здесь никаких женщин.