"Чужая сила"

Жанка Слепнева умудрилась раздолбать передок своего «ниссана», который только на той неделе купила в кредит, и этот факт требовал всестороннего рассмотрения. 

Что до Романовой – она вышла на работу как ни в чем не бывало и, похоже, на самом деле ничего не помнила. По крайней мере, когда я столкнулся с ней на лестнице, неприязни в ее взгляде было ровно столько же, сколько и всегда, не больше и не меньше.

Сдается мне, что ей так и не объяснили причину, по которой она очухалась в «пересчетке» в полуобнаженном виде, списав все на нервный срыв, и не стали упоминать про африканские страсти ко мне, что очень хорошо.

Нифонтову, с которым я созвонился в четверг, я тоже про свои любовные похождения рассказывать не стал. А зачем? Но зато спросил про Немирову, сославшись, правда, на то, что она странновато на меня поглядывает после его визита в банк.

– Не бери в голову, – посоветовал он мне. – В любом случае неприятностей тебе от нее ждать не следует. 

– Что-то она знает такое, – пояснил я.

– Про тебя – вряд ли, – помолчав, сказал Николай. – А про нас – знает кое-что. Я еще тогда у шефа спросил про нее, так он ответил, что лет пять назад была некая история, в которой ваша Немирова оказалась замешана. Тогда она и столкнулась с нашими сотрудниками. Да и не только с ними. Герман эту бедолагу в последний момент из одного подвала вытащил, где ее чуть в жертву не принесли. Собственно, она после этого из Системы и ушла на коммерческие хлеба.

– А Герман – один из ваших? – уточнил я.

– Да, – Нифонтов помолчал. – Был. Он погиб два года назад. Ладно, не суть. Как у тебя?

– Ровно, – бодро ответил я. – Ничего не происходит. Читаю книгу, вечером по улицам не шляюсь. Правда, на выходных к родителям на дачу собираюсь. Ну как собираюсь? В приказном порядке. Мама – это страшная сила.

– Это да. У самого то же самое по весне и по осени, – подтвердил Николай. – Хотя, как по мне, лучше все-таки воздержаться. Город есть город.

– У моих стариков дача по «Калужке», – объяснил я. – Это и есть город. Туда Москву расширили, так что у них теперь две московские прописки. Там полноценный СНТ, охрана на въезде, фонари на всех перекрестках и облако пахнущего шашлыком дыма над домами. Понимаю, что это все не защита, но такого как в Лозовке там по определению быть не может, как мне кажется.

– Ну да, в таких местах мало кто шалить станет, – признал мои доводы разумными Нифонтов.