Мусорная сказка

Ведь они все – выброшенные! Понимаешь? Завёл их кто-то, наигрался или верной службой попользовался, а потом просто выгнал. Некоторых буквально на мусорку и вывезли. Дескать, выбросил и не моя забота. А получается, что такой хозяин свою ответственность неспросясь на всех переложил.

- А как же надо было?

- Можно так.

Трифон указал рукой на бугорок почти у них под ногами. Неприметный такой. К ветке куста, склонившейся над бугорком, был привязан небольшой лоскуток. Ткань была истрёпана ветром, а рисунок на ткани выцвел.

- Пёс в третьем подъезде жил. Небольшой такой, лохматый. Сперва хозяева с ним гуляли, потом – дети их. Палку бросят – уже несёт и в глаза заглядывает. А если почуял опасность – вперёд хозяев выскочит и рычать начнёт. Любили они его. Когда от старости уже и ходить не мог, ухаживали, как за человеком. А когда испустил он последний вздох, вот тут и похоронили. Вот, тряпицу от его подстилки повязали, чтобы добром вспомнить, когда мимо проходят. Так то… А теперь давай чуть отойдём.

Подойдя к мусорным бакам, Трифон указал на кусок картона, лежащий рядом.

На буроватой поверхности синим маркером крупными буквами было написано: «Отдам кошку в добрые руки. Чистоплотная, ловит мышей».

Едва заметное касание руки, и Ванюшка снова оказался в волшебном мареве. Впросвете он увидел стоящего на рынке старика. Притулившись возле породистых щенков и котят, тот кутался в старомодный дождевик и держал ту самую картонку с надписью. А прямо над нею из-за отворота дождевика выглядывала кошка. Старик не суетился, и заглядывал заискивающе в глаза прохожих.

В толпе он высматривал тёплый взгляд, к которому прилагаются те самые добрые руки, забота и ответственность. Тут марево заволокло картину, а затем растаяло.

- Эта кошка у него в доме лет семь прожила. Мышей ловила. Даже как-то с крысой справилось. Уважал он её. Да вот болезнь его одолевать стала. Самому с хозяйством не справиться. Сын уговорил к ним переезжать. Но – без кошки. У их дочки астма. Рядом с пушистыми да хвостатыми она задыхается.

Вот такая беда: и внучка любимая, и кошку жалко, а у самого сил всё меньше. Однако он целый месяц ездил, пристраивал. Так и отдал такому же хозяйственному мужику в пригород. И только после этого переехал. А о том, чтобы просто выбросить, и подумать не мог. Вот и так возможно.

Ванюшка молчал. Увиденное и услышанное было обыденным и новым одновременно. Каждую мысль, каждую историю хотелось примерить на себя, обдумать. А Трифон глядел на него с весёлым прищуром.