Покров

Василиса приостановилась и хотела было вернуться, но всё же решила идти дальше. Вода дошла до пояса, поднялась до груди, ледяным холодом почти перекрыв дыхание. Кое-как, подняв руки с телефоном и рюкзаком над головой, Василиса, прерывисто хватая ртом воздух, сделала ещё пару шагов, вода достала до горла. Но потом ногой она нащупала что-то вроде ступеньки, и дно пошло вверх. Выбравшись из воды на другом берегу, Василиса наконец выдохнула и упёрла руки в колени. В висках стучало, отдышаться никак не получалось.

Когда шум в ушах стих, а дыхание немного восстановилось, Василиса выпрямилась и снова чуть не задохнулась от крика.

Правда, звуков, судя по всему, она издать не успела, потому что горло схватила судорога. Прямо перед ней на огромном дереве, покачиваясь, висел человек.

Вроде бы девушка. Её белые руки соединялись над головой, опущенной лицом вниз, тело вытянулось, ноги в обтягивающих тёмных джинсах не доставали до земли. Длины футболки с ярким принтом не хватало, чтобы прикрыть растянутое тело, так что над поясом джинсов показалась полоска бледной кожи.

Кроссовки с белыми подошвами болтались примерно в полуметре от травы. Их ушком задевал сидевший на задних лапках слабо светящийся кролик.

В абсолютной тишине Василиса слышала только собственный пульс. Кролик почти не двигался, он снова начал обнюхивать травку. Василиса как будто упёрлась лбом в горячую стену. Ноги подкосились, она опустилась на землю.

Это же были её собственные джинсы. И кроссовки с цветными шнурками, которые она сама сплела из ниток мулине.

И футболка, купленная на распродаже. Лица висевшей, конечно, видно не было, но догадаться не трудно, чьё оно.

– Иди, – раздался трескучий шёпот. Пальцами Василиса ощутила тёплую гладкую поверхность телефона.

Кое-как, на четвереньках, упираясь костяшками в траву, Василиса поползла в направлении дерева. Кролик, как ни в чём не бывало, чистил мордочку лапками.

– Иди вперёд, – сказал голос из телефона.

– Зачем? – беззвучно прохрипела Василиса.

Но ответа не последовало.

Василиса всё-таки попыталась проползти прочь от дерева, но в кустах как будто что-то пробежало, ветви вздрогнули, раздался громкий шорох.

Тело висело прямо у тропинки, с которой, как известно, нельзя сходить. Василиса так и ползла, пока не оказалась в полуметре от собственных кроссовок. С трудом поднявшись на дрожащих ногах, она рассмотрела небольшой предмет на груди висевшей. Это был её крестик, отданный бабушке.