Покров

Василиса открыла было рот, чтобы высказать монашку всё, что о нём думала – что вся его так называемая деятельность – сплошной обман доверчивых бабушек, что ему самому лучше бы пойти работать, хоть на завод или в свинокомплекс, что она терпеть его не может за дружбу с папой, а особенно за то, что они ей не говорят, куда ходят по ночам. Но почему-то передумала. Такая усталость навалилась, что даже ноги вдруг стали ватными.

– Ладно, – бросила Василиса и, развернувшись, быстро пошла прочь от домовой церковки и отца Павла.

Глава 4. Семёнов Погост

Следующее утро началось со звонка смартфона. На треснутом экране высветилось «Диана». Василиса мигом села на кровати и схватила телефон.

– Да?

– Привет, – бодро пропела Диана. – Извини, что вчера не смогла с тобой связаться. Насчёт Даши есть новости?

– Пока нет, – проговорила Василиса, проглотив ком обиды за свои вчерашние приключения, «в награду» за которые Диана даже на звонки не отвечала. – Я спрошу у мамы.

– Ага, спроси. – Диана выдержала паузу.

– Свечи?

– Тсс, не ори ты так.

– Я не ору. Достала.

– Отлично. Теперь слушай внимательно. Сегодня поедешь в Растяпинск и пойдёшь в больницу к Даше, там отдашь ей одну свечку. Понятно?

– То есть? Как? Я?

– А кто? – Диана говорила так, будто Василиса задавала глупейшие вопросы. – Скажешь, тебя от всего класса послали её проведать. Купишь ей конфет или апельсинов.

– Почему я?

– А свечка-то у кого? – раздражённо спросила Диана.

– А при чём здесь свечки?

– Одну свечку отдашь ей, другую привезёшь потом мне.

– А третью?

– Вот когда отдашь ей первую, мне позвонишь, я тебе скажу, что дальше делать. Всё понятно?

– Да, понятно, – обречённо проговорила Василиса.

– Тогда давай, созвонимся. – Не дожидаясь ответа, Диана отключилась.

Василиса положила телефон на пол и откинулась на подушку. Ночью ей совсем ничего не снилось, и теперь, со всей ясностью в памяти всплыла поездка на разбитом автобусе, беготня по лесу и домовая церковь отца Павла.

Поднявшись с кровати и растерев кожу вокруг ноющего колена рёбрами израненных ладоней, Василиса вязла свой рюкзак и достала три подпаленные свечки. Перекатывая липкие палочки в руке, подошла к окну, за которым на мутном осеннем солнцепёке сохли плетистые розы.