Обратная сторона Истока

— Разве может быть иначе?

Всё, что Долан знал про коронацию, сводилось к тому, что наследник престола совершает какой-то магический обряд, и сила Истока официально принимает его как своего носителя.

Но это же не опасно. Не должно быть опасно!

— Всякое бывает. Последние несколько коронаций обходилось без инцидентов, зато лет двести назад один за другим погибли сразу четверо наследников. Правда, говорят, что гибель четвёртого подстроил его же собственный брат, но это неподтверждённая информация. Что вы на меня так смотрите?

— Извините.

Просто впервые об этом слышу.

— Хорошо вам! А нас с Веркой заставляли всё это учить наизусть. Даты, имена, кто кого в каком году убил, кто за кем наследовал, кто с кем спал. Не знаю зачем. Может, чтобы поняли, что каждый наш шаг точно так же записывают для потомков, и если оступимся, то это непременно станет известно. Знаете, жизнь под наблюдением — это совсем не весело.

Долан кивнул. А что тут ещё скажешь? Действительно, мало приятного. Это он ещё в казарме понял, когда только-только в милитское училище поступил.

Подъём по сигналу, отбой по команде, и никакой личной жизни.

— Вам не казалось что-то подозрительным в поведении слуг или охраны в последнее время? Может быть, в день трагедии, накануне или после?

— В поведении — нет. Всё как всегда. — Прозвучало это как-то очень уж уклончиво. И если дело не в слугах, то...

— А в чём тогда? Что вас беспокоит?

— Сны. — Девушка вскинула на собеседника глазищи. — Что, тоже будете говорить, что это глупости?

В вещие сны и прочие туманные предчувствия Долан не верил, но не спорить же с будущей королевой.

Поэтому он ответил как можно тактичнее:

— А что именно вам снилось?

— Ничего конкретного. Просто страшно было очень, как будто на меня падает какая-то большая штука, а я не могу её удержать. И вода. Всё вокруг в воде, и я под водой. И задыхаюсь. Глупости, в общем, всякие. Папа сказал, что нечего спать носом в подушку, тогда и задыхаться не буду.

И что нет в этом никакой магии, просто я впечатлительная. А я, знаете… Я правда впечатлительная. Но я так испугалась в тот момент, что потом всю ночь заснуть не могла. И утром всё из рук падало. Ну я и сказала, что ни в какой музей не пойду, дома останусь.

— Погодите! То есть вы тоже должны были идти туда?

— Да. Семейный выход, экскурсия, выездной урок истории — как хотите, так и называйте. Музей специально в тот день закрыли, чтобы никаких посторонних.