Тени. Охотники на ведьм

Стас уже хотел озвучить свое предложение, как кто-то окликнул пропитым скрипящим голосом:

— Ева! Иди сюда, сученыш!

Стас обернулся на голос — у здания метро расположилась компания алкашей, не совсем бомжей, но почти. Пять человек неопределенного возраста и пола с опухшими лицами бурого оттенка. Один из них, высокий худой мужик махал им рукой в рваной перчатке.

Стас посмотрел на Еву, лицо напарника выражало предвкушение чего-то неминуемого и крайне мерзкого. Вздохнув, Ева пошел к компании. Стас поспешил за ним, готовясь в любой момент бить морды и распылять антисептик.

Вопреки опасениям, мужик в рваных перчатках не собирался драться, наоборот, он радостно приобнял Еву за плечо, отчего тот аж сжался, и с гордостью представил собутыльникам:

— Знакомьтесь, это моя плоть и кровь, мой наследник!

Стас уронил челюсть. Он был готов к тому, что Ева окажется наследником древнего вампирского рода, как Кая, но этот замызганный товарищ с пропитым голосом не выглядел как человек, от которого можно унаследовать хоть что-то кроме алкоголизма.

— Ето Володька так вымахал, что ли?! — удивился еще один алкаш, в котором Стас с трудом определил женщину.

— Дура! Володьке уже тридцать!

— Тридцать пять, — поправил Ева.

— Ну тридцать пять, — фыркнул мужик. — Не суть. Володька уже взрослый уважаемый человек, уже отсидел, а это Ева, ублюдок, которого моя шалава малолетняя в подоле принесла. Внук мой.

Алкаши столпились вокруг Евы и начали радостно тискать его за щеки, тормошить волосы, поздравлять его деда и произносить сомнительные тосты, словно Ева вот только родился.

«Может, это и есть великая тайна, которую он скрывает… — подумал Стас. — И совершенно зря. Ну дед-алкаш, пусть хоть бомж. Я же не идиот, чтобы судить человека по родственникам. Стыдиться родни, пф-ф-ф… глупость какая».

— Мы тут ищем кое-кого, — сказал Ева, когда друзья деда перестали водить вокруг него хороводы.

Женщина уже хотела ответить, но Евин дед опередил:

— А вам-то, малолетним кровососам, нафиг он нужен? — он был пьян, но взгляд оставался удивительно ясным. Стас уже видел нечто похожее вчера.

— А тебе есть дело? — Ева сложил руки на груди.

Стас привык, что с родным дедушкой обращаются либо бережно, либо уважительно.