Проклятие огня

Он даже уже не понимал, в какую сторону двигается – к выходу или вглубь лесопарка. Но вскоре ноги сами принесли его к тому самому водоему, на дне которого теперь похоронена его собака Ника.

Максим упал на колени у берега. Он ни о чем не думал. Вообще. Ни одна мысль не вертелась в его голове. Очень непривычное и давящее состояние. Такое было с ним впервые. Раньше мысли и идеи никогда не переставали копошиться в его мозгу.

– Прости меня… Ника, хорошая моя, прости! – прохрипел он сквозь тяжелое от бега дыхание.

И заплакал.

***

Внутренние часы отказывались отслеживать время, проведенное в таком состоянии. Возможно, прошло не больше десяти минут, а возможно – не меньше часа. Максим сидел на скамейке и внимательно наблюдал за процессами, протекающими в его психике. Было странное ощущение, как будто что-то новое зарождалось внутри него. Он никогда не позволял себе давать волю эмоциям и считал это бесполезными сентиментальными излишествами.

Макс протер ладонью остатки слез на щеках и вынул из кармана пачку сигарет.

А во втором кармане он, вместо одной зажигалки, нащупал две. Одна была обычная тонкая – та, которую он купил еще до парка. А вторая… широкая, целая и невредимая. И такая приятная на ощупь… Только вот эмоции она вызывала прямо противоположные физическим ощущениям.

Краем глаза Максим увидел сидящего рядом с ним на скамейке мужчину в светлом твидовом пальто.

– Неужели ты думал, что можно вот так просто взять и разорвать контракт? – оживленно сказал Джинн.

– Ты мне уже наврал один раз.

Так что, тебе ничего не стоило наврать мне и про свой контракт, и все эти истории с желаниями…

– Стоп, стоп. Дружище, обижаешь, я тебе не врал ни разу. Максимум недоговаривал. А врать – ну, это скучно.

– Во-первых, сука, я тебе не дружище! – выпалил Макс. – Во-вторых, ты говорил, что твои врожденные способности ограничиваются только тем, что связано с огнем. А ты управлял электрическим током.

– Хм. Хм… Позволь мне разъяснить пару моментов. Я представляю собой одну из четырех стихий.

А четыре стихии соответствуют тому, что нынче называют агрегатными состояниями вещества.

Максим прикурил сигарету от дешевой зажигалки.

– Их вообще-то три, – особо не вникая в эту болтовню, произнес он.

– Ах да, конечно. Плазму почему-то еще не все признают четвертым агрегатным состоянием. Может, они считают, что огонь и электричество не суть вещества. Но это не столь важно. Древние люди в этом смысле были более продвинутые чуваки.