Соседи

Видимо, и меня постигла та же участь.

Послышался телефонный звонок, а следом — голос Кузьмы:

— Они нашли его.

Нифонтов попытался улыбнуться.

— Не долго тебе осталось пировать, — глядя на духа, ответил он.

Дух, немного помедлив, откинул нас и кинулся в окно. На открытом окне появилось что-то вроде сетки, ее нити полыхнули красным, не давая ему выйти. Видимо, именно этим занималась тогда за спиной у духа Виктория. Он уперся в нее и попытался толкнуть, но ничего не вышло. Тогда он отлетел и с разгона рванул на нее, сеть не выдержала и беззвучно пропала.

Существо вылетело и пропало в ночи.

Нифонтов встал и, шатаясь, пошел в душ, сказав мне:

— Вику разбуди.

Я подошел к все так же лежавшей Виктории. Попытался ее растолкать, после дал несколько пощечин — ничего не возымело эффекта.

Я услышал голос Нифонтова:

— Он вырвался, направляется к вам. Осторожней там, он очень сильный. Мы выдвигается к вам.

Потом он заглянул в комнату, с ним зашел Кузьма.

— Кузьма, присмотришь за ней? — спросил полицейский и, получив утвердительный кивок домового, сказал мне: — Пошли, нам, возможно, понадобится твоя помощь.

Я вышел в прихожую и, надевая обувь, услышал домового:

— Это что вообще было?!

— Засада, — ответил я. — Я потом объясню.

— Извини, Кузьма, но так было надо, — поддержал меня Нифонтов.

Эту засаду мы разработали тогда возле магазина, в машине. Когда я рассказал оперативникам про то, что увидел у Вовы. И про свою догадку после того, как он мне сказал, что Юля сама ему отдала брелок.

Тот брелок, который она одернула, когда я только протянул к нему руку. Про который сказала мне, что не отдаст никому, потому как это память. Полицейские решили проверить эту версию, надеясь на то что, если Вова и есть убийца, то догадавшись, что его вычислили, захочет покончить со мной. Они спрятались в ванной, зайдя в квартиру сразу после меня. И когда их увидел Кузьма, попросили его ответить на звонок и предупредить нас, так как вторая группа оперативников уже поехала по адресу проживания Вовы.

Выйдя из подъезда, мы двинулись за угол, туда, где полицейские спрятали машину. Как только мы оказались внутри, Нифонтов начал рыться в бардачке. Мы выглядели, как ожившие персонажи фильмов ужасов: щеки впалые, темные круги под глазами, потрескавшиеся губы. Не знаю, как насчет него, но ко мне силы не вернулись, и я очень сомневался в том, что смогу чем-то помочь в таком состоянии.