Трудоголик

Щёлкнул ключ, открылась дверь, за порогом оказался пожилой гмонниец, смуглый, непонятной расы, и я подумал — наверняка же у гмонни существуют мулаты и метисы? По расцветке мундира и гербу со снежинкой я понял, что он принадлежит к «стрельцам» Шабука — то, что я нахожусь на той же территории, что и моя гостиница Дипломатическая, меня обрадовало, а в руке у него было длинное копьё с чем-то вроде шокера на конце. Акцент у него был сильный, незнакомый, похожий на немецкий.

— Документы? — спросил он.

— Ага, — я сунул руку в карман, достал картонку.

Стрелец нахмурился. Жестом указал зайти, я дёрнул поводья и завёл Илона Маска внутрь. Подумалось, что скаковые муравьеды куда удобнее лошадей — спокойно протискиваются в человеческие двери, да и перевозить удобнее — из окна трамвая вчера я заметил, как муравьеда, свернувшегося клубком, перевозили на небольшой телеге, запряженной в броненосца.

— Вот блин. Я Станислав Олтов, сын префекта Накакава Республики Толния, — сказал я.

— Да-да. Находитесь с миссией. В городе на военное положение. На мокрое скаковое мурланг без защитное носок. С непонятное документы. Вынужден вас сопроводить для выяснения личность.

— Окей, — как-то легко согласился я, а сам незаметно вошёл в режим, пробормотал Алгоритм вызова и набрал Тизири.

Та не стала демонстрировать лицо, но я услышал, как она расхохоталась.

— Ты попал. Ты хоть знаешь, где находишься? В самом неблагополучном районе! Это будет твоим тестовым заданием — выбраться отсюда к семи вечера, не применяя алгоритм без надобности.

Мы поднялись на холм, и я нервно сглотнул. Передо мной длинной полосой вдоль городской стены и до самого горизонта раскинулся частный сектор. Кривые одноэтажные постройки из всего, что попадётся на руку. Остроконечные шатры, сшитые из шкур. Высоченные деревянные идолы, украшенные черепами каких-то гигантских животных. Разбросанные консервные банки под ногами, рык, рёв.

— Не грози Южному Централу, попивая сок у себя в квартале, — проговорил я.

Стрелец повёл меня мимо всех них, а я смотрел по сторонам. Двухметровые качки толкались, как огромные гориллы, тащили на своей спине сумки с барахлом или целый выводок крохотных полосатых отпрысков.