Судья

Правильнее было сказать, что эти самые сомнения откинули сами шотландцы, напав на меня. Вот почему я взял с собой меч. Очевидно, что орудуя мечом, я мог выиграть гораздо больше времени в замкнутом пространстве, чем применяя свою магию либо грозя своим врагам огнестрельным оружием. Ведь эти угрозы будут всего лишь абстрактны – угрозы есть, а ни магии, ни пули не видно. Пока их не пустишь в дело, конечно. И всё равно остается ещё и надежда, что всё это добро в первую очередь будет предназначено для соседа. Тогда как направленный прямо на тебя обоюдоострый меч морально заставляет отступить, не нарываться вот так сразу на большие неприятности.

Я твёрдым шагом направился в пещеру, всего лишь на пару секунд застыв у входа, чтобы осмотреться и дать глазам полностью адаптироваться к окружающей обстановке.

Абсолютно темно не было. Не только у входа, куда всё ещё проникали лучики солнца, но и в глубине, где естественный свет был полностью побежден мрачными тенями от грозных сводов. Там на помощь пришёл огонь.

Висящие на стенах факелы пусть и не давали возможности чувствовать себя как дома, тем не менее, вполне позволяли свободно двигаться обычному человеку, не боясь разбить себе лоб или рухнуть в расщелину через несколько первых шагов.

Я усмехнулся про себя и двинулся в глубину пещеры, ощущая внутренне зов тех, кто ждал меня, чувствуя, что приближаюсь к ним, и, наполняясь всё большей яростью от того, что меня так не хотели пускать к моей цели.

Долго мне идти не пришлось. За первым же поворотом меня ждали килтеры.

Их нападение должно было быть неожиданным. Так они думали. Поэтому и попрятались по разным углам. Но только облегчили мне задачу.

Я видел тень каждого спрятавшегося. Ощущал их дыхание, чувствовал запах пота, осязал нервную дрожь перед предстоящей битвой. И, несмотря на превалирующую над всеми прочими чувствами решимость, явственно слышал и страх, пусть глубоко спрятанный, но живущий в каждом из моих врагов.

Только лишь зайдя за первый поворот, естественный изворот пещеры, я стремительно сдвинулся немного вправо и, услышав свист секиры, рассекшей воздух в том месте, где должен был сейчас находиться, выставил, не глядя, в правую же сторону левую ладонь и превратил в клубок ярко-голубых искр первого шотландца.

Не теряя ни секунды, сделал ещё шаг вправо и тут же резко присел, сделал кувырок, чувствуя как в это время надо мной пролетает топор, мгновенно поднялся и крутанулся вокруг себя, крепко сжимая в руках меч.