Судья

Сегодня, вот, это был красный шейный платок, концы которого были скрыты под свитером.

Я ещё раз осмотрел себя и кивнул головой своему отражению. Затем привстал на пятки, перекатился с пяток на носки своих туфель, пару раз подпрыгнул на несколько сантиметров вверх. Приземление было мягким и совершенно бесшумным. Таким, каким и должно было быть. Я ещё раз удовлетворенно кивнул сам себе головой.

Ну, что же. Надо идти на встречу. Идти к тем, кто меня ждет, и с кем я так долго не могу встретиться.

И встретиться по пути с теми, кто меня тоже ждет, но встречаться при этом нет желания ни у них, ни у меня.

Я усмехнулся. Что же. Пусть будет так. И твердым шагом направился к выходу из своего дома. Не к тому, конечно, выходу, что ведёт к выложенной камнями дорожке, проложенной вдоль заботливо постриженного газона моего двора. Где за забором радостно машут рукой приветливые соседи, а владелец небольшой кофейни напротив спешит приготовить для меня чашечку ароматного экспрессо, который я всегда выпиваю перед тем, как отправиться дальше по делам.

Сегодня этот выход не для меня.

Сегодня я направился к двери, о существовании которой никто из моих соседей и не подозревает. К двери, о существовании которой знаю только я, и которая может открыться только для меня.

Я прошёл в свой кабинет, бросил взгляд на окно и убедился, что плотные занавески на нём полностью сдвинуты. Закрыв дверь изнутри на ключ, я пересёк кабинет и вошёл через еле заметную дверь в углу, замаскированную под драпировку стен, в небольшое подсобное помещение.

Здесь окон не было. Зато свет включался автоматически, как только дверь открывалась.

Подсобное помещение служило и небольшим архивом и складом одновременно. На столе внавалку лежали упакованные запасные картриджи для принтера, небольшие коробки с ручками и прочей канцелярской мелочью, чистые блокноты и что-то ещё в контейнере, несомненно, нужное, но вот что именно, надёжно забытое. Под столом теснились пачки с чистой офисной бумагой.

Напротив стола стояли два громоздких шкафа, забитые папками с документами, что было видно сквозь стеклянные дверцы этих самых шкафов.

Я прикрыл за собой дверь. Свет тут же погас. Он, правда, мне особо был и не нужен, так что снова включать его я не стал. Я движением, доведенным за многие годы до автоматизма, выдвинул задвижку, надежно закрывшую дверь изнутри, и сделал шаг к шкафу, стоявшему справа.