Мрачные сны Атросити

Тело давно отвыкло от такого близкого общения. Тот же противоречивый круговорот творился в душе.

Стыд, неприятный, вызывающий желание выйти прочь из собственного тела, отречься от себя, жег внутри все, пропитывал все мысли. Энигма хмурилась, лежа на спине. Дыхание никак не успокаивалось.

Атрокс лежал неподвижно, лицом в подушку. Он не шевелился с тех пор, как упал рядом после горячего порыва. То ли мгновение назад, то ли целую вечность. Энигма чувствовала его напряжение, он впился пальцами в простыню, словно пытался удержаться от падения.

Но было поздно, они оба провалились в бездну.

– Прошло столько лет. Ничего не изменилось, – прозвучал его подавленный, охрипший голос. Он отвернулся лицом к стене.

Энигма нервно выдохнула.

– Ну, я бы так не сказала. Ты малость растерял сноровку, – попыталась пошутить она, но колкость не вызвала абсолютно никакой реакции. Он был по-прежнему напряжен и словно боялся двигаться. Но стоило ей попытаться коснуться его плеча, как он тут же сорвался с кровати и начал одеваться.

В его взгляде, в каждом его движении читалась неприязнь к самому себе. Или того хуже – ненависть.

– Жалеешь, что пришёл? – спросила Энигма, не зная, как вновь наладить контакт. Она по-прежнему лежала голая, как будто тем самым протестуя против стыда, не желая ему сдаваться.

Атрокс замер, едва застегнув ремень, и взглянул ей в лицо. Перед этим, однако, пробежавшись взглядом по всему ее телу, что не укрылось от ее внимания.

– Жалею? – он задумчиво растянул это слово, взгляд стал печальным.

– Я... не должен был сюда приходить, – он обернулся, ища рубашку, схватил ее и снова замер. Он казался совершенно растерянным, его едва заметно трясло. – Я не должен тебя любить, – снова посмотрел на Энигму, хмуро и несчастно.

Она старалась взять себя в руки, получалось плохо. Не выдержав тяжелый взгляд любовника, она отвернулась и тоже начала одеваться.

– Разве ты не предполагал, что встреча может привести к этому? – спросила Энигма, засовывая ногу в штанину.

– Нет, – резко ответил Атрокс, словно убеждая в этом самого себя.

– Я пришел исключительно для разговора.

– Тогда почему не арестовал возле цитадели? Ты мог все узнать на допросе.

– Слишком много вопросов. А вот главный вопрос так и остался без ответа, – он сурово посмотрел на нее, плотно застегнув высокий ворот рубашки. – О чем ты хотела со мной говорить, позвав сюда?

Энигма поправила рукава на своих запястьях и застыла, разглядывая ткань, такую простую и без узоров.