Мрачные сны Атросити

Языки пламени выхватывали из мрака шершавую текстуру кирпичей, яркими огоньками скакали в отражении стеклянной маски, которая по-прежнему закрывала лицо попутчицы. Марку стало теплее и легче, он вдохнул – наконец-то полной грудью.

– Ты мой ангел, – не удержался он, скрючено уперся ладонями в колени и пытался прийти в себя.

– Разве что ангел тьмы, – усмехнулась Энигма через фильтр маски, прокрутив в руке баллончик. В этой обезличивающей спецформе рядом с пылающими баками она действительно была похожа больше на карателя, чем на священного крылатого духа.

По ту сторону здания что-то всхлипнуло, запыхтело. То ли печальный вздох, то ли подвывание ветра в глубоком колодце. Зверь по-прежнему был рядом.

– Говорят, огонь – одна из вещей, на которую можно смотреть бесконечно, – издал Марк, пытаясь отвлечься от ужасных мыслей. – Сейчас я с этим согласен. Просто не оторваться.

– Красиво пляшет, – кивнула Энигма, поправив маску. – Но бесконечно смотреть на что-либо невозможно, если ты сам не бесконечен.

Марк с трудом проглотил слюну. Нынешний момент красноречиво говорил о том, что человек не просто не бесконечен, а внезапно не бесконечен.

– Он так и будет караулить нас с той стороны дома?

Энигма ответила не сразу, прислушалась.

– Зверь его знает. Надо выбираться отсюда.

– Но мы в тупике!

Энигма достала из мусорки горящий тубус.

– Мы же сегодня кроты, – она погладила свой комбинезон затем указала рукой на люк колодца. – Под землей пойдем. Возьми и себе огня, а то случись что – фонарики не помогут.

Марк тяжело вздохнул и повиновался. Страх так до конца и не отпустил, а под землей все казалось в разы страшнее. Когда они спустились по лестнице вглубь колодца, в ноздри сразу ударил смрад сырости, огонь едва разгонял темноту. Густая черная вода чавкала под ногами, эти звуки отдавались от стенок эхом: хорошо, что ботинки непромокаемые. Марк морщился от отвращения, боялся и шел вперед, за Энигмой. Горящая коробка уже почти истлела, черные обугленные куски то и дело отваливались от нее и падали в воду, тут же с шипением остывая.

Это вызывало поганые ассоциации с хоррором, который Марк посмотрел в далеком детстве и благополучно забыл до сегодняшнего момента. Там город был под властью нечисти, и когда приходил час тьмы, стены облезали и осыпались вниз, как лохмотья сгорающей у него в руках коробки. С напряжением Марк проходил мимо темных ответвлений, опасаясь, что увидит там живой труп.