Макото том пятый

Хотя подобное существование было очень сложно назвать жизнью.

Как только, обезглавленное тело последней марионетки упало на землю, я наконец позволил себе обернуться.

- Нет! — оглушительный вопль непроизвольно вырвался из меня, когда я увидел Голицина, стоявшего сейчас над Софой и наводящего свою пушку на её голову.

Как он вообще смог пробраться сквозь мои щиты? Сильно сомневаюсь, что они пропускают даже воздух, не говоря уже о человеческой плоти.

Я потянулся к высшим энергиям, но наткнулся на пустоту. В том месте, где обычно они обитают, ничего не было.

Время шло и я должен был, что-то предпринять. Марионетка Голицина уже прицелилась и её палец начал медленно нажимать на спусковой крючок. Время для меня резко замедлило свой ход, словно хроностазис пытался пробиться сквозь какой-то барьер, но у него не до конца это получалось. Я уцепился за это ощущение всем, чем только можно было. Изо всех сил, стараясь протащить хроностазис через этот барьер.

Но в этот самый момент начало происходить, что-то совсем нереальное. Уже изрубленные тела марионеток начали шевелиться, собираться вместе, соединяясь между собой. Для них время, наоборот, словно было ускорено в несколько раз.

Отрубленные мной руки, ноги, головы собирались в общую кучу, в которой они начинали словно растворяться, соединяясь в отвратительную лужу биомассы. Как только, в эту лужу сползлись все крупные останки, по ней прошёлся сильнейший импульс силы, которую я не смог опознать.

Эта энергия вдохнула в образовавшуюся биомассу жизнь.

Сперва из лужи появилась одна рука, обтянутая тугими канатам мышц, за ней вторая, третья... и так, пока не показались все шесть рук.

Следом за руками показалась отвратительная голова, которая имела сразу четыре бесформенных лица, смотрящих во все стороны. Глаза, рот и нос были просто обозначены тёмными провалами. На темечке создания рос пучок, жидких, испачканных в какой-то слизи огненно-красных волос.

За головой показались мощные плечи и не менее мощный торс. Столь идеального строения тела я не видел ещё ни разу. Каждая мышца была словно произведение искусства.

К счастью, ног у этой твари оказалось всего две, а её половые признаки были на уровне куклы Кена. А то боюсь пришлось бы мне страдать от комплекса неполноценности, окажись у этого чуда между ног такой же идеальный аппарат, как и всё его тело.