Нактссаргс - ночной сторож

Нактссаргс открывал дверь за дверью, просто приподнимая руку с браслетом.

— Наверное, мы прошли под землей через весь замок, — сказала Яна, когда они остановились наконец.

Нактссаргс завел их в комнату-музей: вдоль стен тянулись бесчисленные полки с экспонатами — не то каменные, не то из дерева, окаменевшего от времени.

— Мы вышли за город и находимся на территории леса, — уточнил он. — Нечего вам делать в замке, там важное совещание.

— Кого с кем?

— А вы кто вообще такие? — Нактссаргс склонился к Яне и покосился на Илью.

— Я впервые вас вижу. И откуда у вас Аусеклис?

— Мы иммигранты из России. А звезду вот Илюша подобрал в Старом замке.

— Что вы забыли в Латвии? Здесь и так хватает чужаков. Ваши, русские, наоборот, уезжают, и правильно делают.

— Ваше латвийское правительство приняло программу «Вид на жительство в обмен на инвестиции.» Вот мы и инвестировали — в квартиру! — выпалила Яна.

Филимоновы посмотрели на нее с уважением.

— А вы что — против своего правительства? — подхватил Егор.

— Да, я против этого правительства, — Нактссаргс усмехнулся, и его белые зубы сверкнули в черной бороде.

— Против правительства, которое приглашает чужих, вместо того чтобы сделать свой народ процветающим. Я заменю правительство. Но вас это не касается, вы прислуга, будете работать курьерами.

— В смысле — прислуга? — возмутилась Яна. — По закону дети младше 14 лет вообще не имеют права работать.

— Не хотите — можете не работать, — спокойно отозвался Нактссаргс, — тогда я вас просто отключу. Тот, кто работает на меня, носит гномонический браслет, не умирает, не стареет — это, несомненно, плюс, но становится незримым для своих родственников и старых знакомых, — это поначалу травматично, но со временем все привыкают.

А вот тот, кто не работает, подвергается суровому наказанию. Посидите пока в этом помещении, я скоро вернусь. Ничего не трогайте.

Все уселись на скамью вдоль каменного стола, и никто ничего не тронул, когда Нактссаргс вышел. Кими еле слышно скулила, прижимаясь к Яне. Илья тоже подсел ближе.

— Ну чего вы, — рассердился Егор. — И так страшно, а вы всей семьей тоску нагоняете.

— Правда, Яна, пойдем лучше посмотрим, что это такое, — Вадим показал на полки.

Там стояли старинные фонари — начиная от простых факелов и навесных плошек с маслом, заканчивая позолоченными королевскими светильниками для уличных торжеств — с хрустальными окошками и витиеватыми узорами. Ребята прошлись вдоль стеллажей, рассматривая неслыханно богатую коллекцию.