Рецидивист 3. Амулет демона

– Я вижу, что любовь Сюань-цзуна ко мне безгранична! Интересно, как он собирался одновременно варить меня в кипятке, сдирать кожу и ломать кости? Любое из этих невинных развлечений смертельно.

- Я… Я не знаю, Великий Ван…

- Значит, «Ляодуньский злодей»? – вновь повторил Пусянь, невидяще скользя взглядом по присутствующим в тронном зале военным и чиновникам. – Предатель, отступник, трус и подлец… Неужели Небесный Ван, - с издевкой произнес Ваньну, - так и не понял, для чего я отступил? Он считает, что я поджал хвост на реке Бэйхэ при виде доблестного, - он скривился, - войска презренного Елюя? Что бросил на произвол судьбы Сяньпин и Ляоян? Если Сюань-цзун действительно так считает, мне его жаль, как жаль и прославленную Золотую Империю!

Придворные молчали, внимая речи Пусяня.

Многие из них долгие годы сражались плечом к плечу с доблестным сюаньфу Ваньну, и прекрасно знали, как на самом деле обстоят дела. Но раз Владыка Неба хочет высказаться, что ж, он имеет на это полное право.

- Я надеюсь, что вы, верные друзья и соратники, понимаете, для чего это было сделано? И надеюсь, никто из вас не думает, что я этим поступкам запятнал свое имя? – он тяжелым взглядом обвел придворных. – Я сберег свое войско, не обескровил его в бессмысленном сражении! И теперь я могу диктовать свои условия! Я - Небесный Ван государства Дун Ся!

- Слава Небесному Вану!!! – закричал один из придворных, а остальные хором подхватили:

- Слава! Слава! Слава!

Пусянь гордо выпрямил и без того прямую спину, а затем властным жестом прекратил овации придворных.

- Пусть останутся командующие: Люань-фу, Цинь-пин, и Дун-чжеу, - приказал он. – Остальные свободны!

Дождавшись, когда придворные покинут зал, Пусянь откинулся на спинку трона, его лицо утратило свирепое выражение. Перед этими людьми ему не нужно было изображать Небесного Вана, они и так знали его как облупленного. Ваньну ослабил тугие ремни боевого доспеха, в котором он, наплевав на все церемониальные условности, восседал на троне.

Затем он стянул с головы шлем и положил его рядом с собой на широкое, убранное золотым шелком с вышитыми драконами, седалище трона.

- Что скажете? – произнес Ваньну.

- А что тут говорить? – прогудел дородный Цинь-лин. – Это нужно было сделать еще пару лет назад! Императорский дом Цзинь давно утратил свое главенствующее положение.