Рецидивист 3. Амулет демона

Бакшугая он нашел работающим крашеной пудрой и кисточками над лицом Великого Хана. На этот раз Хубилай выглядел намного лучше прежнего – окрашенная кожа казалась посвежевшей, складки кожи искусно спрятаны.

- Ну как? – осведомился Бакшугай, отрываясь от работы.

- Лучше, - ответил Негудай. – Намного лучше…

- Я все время задаюсь вопросом, - как бы между прочим произнес шаман, - где ламы и прочие пресловутые почитатели Будды? Почему рядом с мертвым владыкой оказались только верные Тенгри шаманы? Где те, веру которых насаждал Он в Империи?

- Не будем об этом! – попросил Негудай.

- Все равно, - эхом откликнулся Бакшугай. – Татарвай! – позвал ученика шаман. – Помоги мне перевернуть Императора – нужно закрепить кожу...

Шаман вместе с учеником повернули «размякшее» тело Повелителя на бок. Из-под шелкового парадного халата Великого Хана выскользнул, подвешенный на шнурок, литой наконечник стрелы из золотистого металла.

- Что это? – спросил у шамана Негудай, наклоняясь, чтобы получше рассмотреть амулет.

- А мне довелось, - ответил шаман. – Этот наконечник стрелы достался Хубилаю от Угэдея, а тому от Гуюка. С помощью этого наконечника можно победить Извечную Тьму, что родилась в этих землях.

- Не очень-то он ему помог, - грустно усмехнулся Негудай.

- Откуда ты знаешь? – удивленно приподнял одну бровь Бакшугай. – Может быть, благодаря этой вещи Великое Небо было благосклонно к Великому Хану все предыдущие годы.

К исходу третьих суток после смерти Хубилая к устью реки, протекающей у подножия Золотых Врат, отряды монголов начали сгонять обнаруженных в лесах чжурчжэней. Рабов заставили расчищать каменные завалы в подземелье, ведущем в пирамиду, предварительно выстроив на месте колодца большую входную арку. Невольники работали не покладая рук, днем и ночью. За несколько дней им удалось пробиться во внутренний коридор пирамиды.

На срочно собранном совете решили расширить это комнату до подобающих усыпальнице Великого Хана размеров. В срочном порядке изыскали мастеров и резчиков по камню среди невольников, которым пообещали освобождение после окончания работ.