"Перстень императора"

Надо будет посидеть в интернете – а я люблю делать это с комфортом.

Наше временное жилище, не усыпанное «снарягой», обрело вполне жилой вид. Я успела даже пол помыть. И теперь раскладывала «пенки» рядом со своим диванчиком.

- Что это ты делаешь? – поинтересовался Оборотень, появившийся в комнате на середине процесса разборки.

- Готовлю тебе удобную лежанку. Захочешь обратиться в волка – ляжешь так. Останешься человеком – возьмешь пару спальников. Все удобнее, чем спать на груде палаток. Ужинать будешь?

- Конечно.

Только я бы предпочел сначала в душ нырнуть. И смыть с себя «пыль веков» вместе с некоторыми мрачными впечатлениями.

Томас стянул с себя ботинки, с наслаждением потоптался босиком по чистому полу и протянул руку за полотенцем.

- Ты и в душ с кинжалом пойдешь? – с улыбкой спросила я. – Тараканов здешних опасаешься?

- Тьфу! Знаешь, я так привык к этой «петле на шее», что все время про него забываю, – хмыкнул Волк. – Без него пойду, ясное дело! Там его и положить-то некуда.

Он ушел мыться, а я, покосилась на кинжал, оставленный на столе, и кинулась включать компьютер.

Надо же убедиться, что идентичность символики мне не померещилась…

- Так, скажи мне, любезный Яндекс, – что у нас плохого? Открой тайну, тырнет несчастный!

И я, забыв про плюшки и кофе, который надо было еще сделать, уткнулась в монитор.

- Ага. Вот оно – «Анненербе». «Наследие предков». Секретный проект Гитлера…

И я начала читать о связях нацистского руководства с оккультными силами, о секретной антарктической базе, о прорывных научных исследованиях, результаты которых не были превзойдены даже много лет спустя после окончания войны.

Их держали в секрете и побежденные и победители.

Потому, что эти тайны были способны полностью взорвать наши представления о нацистской империи. Открывающиеся по запросу страницы были полны чудовищных сведений о черных ритуалах, которые практиковали высшие чины СС, о загадочных летательных аппаратах, скрытых где-то подо льдами Южного Полюса, о связи «Анненербе» с темными духами стихий, о чудовищных экспериментах над людьми…

Стрелка курсора болталась еще где-то на половине прочитанного, а меня уже начало трясти, не хуже чем тогда в Гроте.

Я вяло сжевала принесенный ужин, раздумывая над тем – надо ли мне рассказывать Томасу обо всем, что я узнала. Но он, видимо, и так понял, что ничего хорошего не происходит. Потому, что просто подошел и выдернул вилку из розетки, выключая компьютер волевым решением.