"Перстень императора"

Что она сегодня необыкновенно прекрасна! Видишь, как в ответ засияли ее ясные глаза, как вспыхнули румянцем щеки? Какой дурак сказал, что любовь – это страдание?! Любовь – это счастье, это чудо, дарованное нам Небесами. Смотри на нее, не отрывая глаз, протяни руки ей навстречу. И больше не нужны никакие слова! Забудьте обо всем вокруг. Сейчас в этой вселенной есть только вы! Идите навстречу друг другу и будьте счастливы!

И я видела, как от властных и полных доброй силы слов Томаса юноша преображался на глазах. Распрямлялись плечи, легкой и упругой становилась поступь, прямым и теплым – взгляд.

Не робеющий мальчик, нет! – благородный рыцарь Тристан шагнул к прекрасной Изольде. Влюбленные застыли, не в силах разомкнуть объятия. И вместе с ними молчала потрясенная и восхищенная толпа. А я услышала, как Томас шепчет:

Соединение двух сердец - старинное приспособленье: Вот-вот уж, кажется, конец - но, смотришь: снова потепленье. И в страстный миг, и в скорбный миг теряют всякое значеньеВсе изреченья мудрых книг и умников нравоученья.

Понятны только нам двоим истоки радости и муки... И тем живем, на том стоим и утешаемся в разлуке.

Глава 9. У лучников наметан глаз…

Сцена закончилась поцелуем под радостные крики и аплодисменты. Актеры поклонились и убежали со сцены. При этом юноша и девушка держались за руки, я это хорошо заметила.

Томас устало улыбнулся, смахнул пот со лба и присел на край сцены. Я подошла к нему, смущаясь и робея, не хуже бедного Тристана. Что сказать в качестве комплимента такому профессионалу, по правде говоря, я не знала.

Но Томас сам начал разговор:

- Честное слово, иногда чувствую себя Пигмалионом.

- Это потому что из зажатого паренька сотворил актера? – улыбнулась я.

- Да уж! Проводя параллели с искусством ваятеля, можно сказать, что я высек искру таланта из этой мраморной глыбы. Было непросто. Но дело стоило того! Кажется, получится неплохой спектакль… Ты придешь вечером на премьеру?

- Обязательно. А в каком театре ты работаешь, Томас?

Он как-то странно посмотрел на меня и усмехнулся.

- Работал в Королевском театре в Эдельстаре.

- Это где? – растерянно спросила я. – В Великобритании?

- Ну-у … в какой-то мере – да.

Продолжить этот интересный разговор нам не дали. Прибежал плотник Глен и сказал, что перестроил балкон для сцены с ночной серенадой. Режиссер умчался смотреть исправленную декорацию. А я отправилась гулять дальше, пребывая в глубоком раздумье.

- Королевский театр в Эдельстаре, – размышляла я.