"Перстень императора"

Но подлетевшая к столу Алисия, не дала ему закончить фразу.

- Позавтракали? Тогда – приступайте к работе. Через полчаса состоится общий парад всех участников фестиваля. Помнишь, Марта, я тебе говорила про маркизов и графинь в кринолинах? Так вот, на площади перед дворцом будет проходить дефиле нарядов восемнадцатого века. И ты назначаешься одной из помощниц мастеров по костюмам этого шоу.

Алисия развернула передо мной карту дворца.

– Будешь стоять при входе в часовую башню. Работа у тебя, в общем, нетрудная: быть на посылках в случае чего, да подавать артистам булавки и ленты, если у них отвалится какая-нибудь деталь туалета.

- Томас, а ты пойдешь с мальчиками в лагерь павловских солдат. Это в парке, неподалеку от дворца. Будешь тоже помогать там, по мере сил.

Томас кивнул. И мы разбежались в разные стороны. Я поспешила туда, откуда уже доносилась музыка, и успела вовремя, заняв положенное мне, как волонтеру, место у дверей высокой башни. Огляделась по сторонам.

Праздник только начинался. Стены дворца украшали гирлянды из живых цветов. Легкая, воздушная мелодия уже летела над площадью. Увитые розами и плющом арки и огромные вазы с цветами стояли по ее краям. Вот двери широко открылись, и по залитые солнцем ступени выпорхнула стайка смеющихся фрейлин в белоснежных париках и пышных кринолинах.

Изящно приседая в реверансах, они грациозно кружились, плетя ножками в парчовых туфельках бесконечные менуэтные кружева.

А мелодия вдруг сменилась. Задорно и весело загремела знаменитая мазурка, воспетая Александром Сергеевичем. Фрейлины куда-то исчезли, а на их место ворвались гусары, сверкая золотым шитьем алых доломанов, плавно выплыли нежные барышни в кисейных платьях. Вихрь мазурки нес юношей и девушек по кругу. Гусары щелкали каблуками, вытягивались во фрунт и опускались на одно колено перед своими прелестными спутницами. Девушки изящно склоняли головки, замирали на миг и вдруг, совершив стремительный пируэт, снова и снова срывались в полет под неумолкающие звуки тысячеголосого оркестра.

И вновь я чувствовала, как Время истончает свою бесконечную нить и тает, заставляя слиться воедино века и эпохи. Музыка летела над площадью, и даже камни дворцовых стен, казалось, молодели, сияя все тем же неуловимым призрачно-золотым светом. Но бал длиною в несколько столетий подошел к концу. Я тихонько вздохнула от восторга.