"Перстень императора"

Это было странно. Тем более, что пройдя несколько шагов по полутемному коридору, мы остановились перед белой конторкой музейной кассы, на которой лежал небрежно брошенный пуховый платок и стояла дымящаяся чашка чая. Словно, работница только что была здесь, но на минутку вышла. Я пожала плечами и хотела двинуться дальше. Но Томас задержался, стянул через голову свитер, оставшись в рубашке, и положил его на конторку рядом с платком.

В ответ на мой вопросительный взгляд сумрачно сказал:

- Чтоб движения в поединке не сковывал.

- Ты все-таки думаешь, что будет поединок? – неуверенно спросила я. - Мне кажется, никакая опасность нам не угрожает. Смотри, как тихо кругом. Даже сторожа куда-то пропали. Давай быстренько поднимемся на второй этаж, достанем из витрины проклятый перстень и покинем это негостеприимное место. Вот и все.

Волк кивнул мне в ответ, но мрачное напряжение не сошло с его лица. Стараясь ступать аккуратно и беззвучно, мы продолжили свой путь.

Опять по парадной лестнице, под невидимым в полутьме Орлом, увенчанным мальтийским крестом… Я вздохнула с облегчением.

Похоже, жуткий квест на сегодня отменяется. Сейчас найдем Овальный зал, достанем перстень и… домой. А там уже будем решать, как уничтожить чертов артефакт…

Фу, ну и жара здесь! Правильно Томас сделал, что свитер снял. Странно, а днем в замке совсем не было жарко. Да, и откуда духота такая?! Мрамор же кругом! Духота усиливалась с каждым шагом. Я, как рыба, ртом глотала воздух, ставший внезапно тяжелым и вязким, и обливалась потом в своей ковбойке.

Тусклый желтый свет стал темнеть.

Томас встревожено посмотрел на меня, поддержал за локоть:

- Марта, что с тобой? Тебе – плохо?

- Все нормально, – через силу ответила я. – Жарковато здесь что-то.

Волк пожал плечами.

- Я никакой жары не чувствую. Ты можешь идти дальше?

- Ну, да. Я же сказала, что со мной все в порядке.

Мы спустились вниз, в маленький зал, где стояли скульптуры начала двадцатого века. От недостатка воздуха стены и очертания изваяний плыли у меня перед глазами.

Желтоватый свет дрожал маревом и то усиливался вспышкой, то совсем гас. И в этом призрачном, пляшущем освещении, я абсолютно ясно увидела, что скульптуры начинают двигаться.

Гримасничали и раскрывали в беззвучном крике рты бронзовые бюсты. Махала толстыми крыльями и вращала головой огромная сова. В глазах вырезанной из дерева мерзкой уродливой старухи вспыхнули желто-зеленые огни. Она проводила меня злобным взглядом и глухо захихикала.