Застрявшие, или что было, когда я умер

Но даже не он выдавал фальшивость этого места: её выдал туман, расползшийся под экраном и скрывший нижние ряды.

Туман из Нигде.

— «Мираж Синема», — я узнал один городских кинотеатров. — Я в нём бывал... Но ведь он ненастоящий?

— А что вообще настоящее? — риторически спросила Оля. — Реальность живых? Ты и правда так считаешь?

Она звонко засмеялась. Почему-то я подумал о резвящихся в лесу феях.

Отсмеявшись, Оля сказала:

— Но в общем, ты прав — это место создано моей памятью. В Нигде можно менять реальность, если умеешь это делать.

Я — умею.

— Потому что виделась с Ангелом? — внезапно догадался я. — Это он наделил тебя таким даром?

Вместо ответа Оля одарила меня новой загадочной улыбкой (наверное, их у неё арсенал) и сказала:

— Выбирай любое кресло. Советую сесть где-нибудь тут — отсюда лучше видно. Но если хочешь, мы можем занять места для поцелуев.

Я предпочёл не уточнять, пошутила она или нет...

Опустившись в ближайшее кресло, я удивлённо покосился на Олю:

— А ты разве не сядешь?

— Сяду, — она пошла вдоль прохода.

— Но сначала зайду в аппаратную и запущу фильм.

— Ты и это умеешь?

— Мой папа киномеханик, — её голос отдалялся, — я была с ним в аппаратной много раз. Она тоже часть моих воспоминаний. Там всё настроено, так что долго возиться не придётся.

— Но что это будет за фильм? — я приподнялся, ища её взглядом. Но Оля уже исчезла. Лишь эхо нового смешка разнеслось в сумраке.

Сидя в кресле, я бессильно гадал, что у неё на уме. Оля... Девочка из моего детства.

.. Почти спятивший от одиночества призрак...

Webgirl.

Что именно она хочет мне показать?..

Экран стал гаснуть. На тёмном фоне возникла девочка в белом платье (чибик с длинными волосами и большой головой), а под ней надпись: «Ольга Мосина Pictures представляет».

Чибик хихикнул и подмигнул.

Я невольно заёрзал — мне смеяться или плакать? Почему-то казалось, что уместней будет второе.

Заставка сменилась первой сценой — чёрно-белой и будто набросанной карандашом: мама, папа и две дочки (одна постарше, другая совсем кроха) пьют на тесной кухне чай.

Не знаю, как Олины воспоминания обрели такой вид (проделки Нигде с нашей памятью мне не постичь), но смотрелось это жутко: лица мультяшек казались живыми, словно реальную семью перенесли в мультик. В их нарисованных глазах мне даже чудился вопрос: «Как мы тут оказались?»

За кадром зазвучал голос Оли:

— Жила-была маленькая девочка. У неё были мама с папой и сводная сестра.