Сестра

И действительно, тот обнаружился немного дальше на сосне, а рядом стоял потемневший от времени деревянный столик. Действительно, в ясную погоду так даже удобнее. И туалет тоже недалеко – вышел, вымыл руки. Вот, виден рациональный хозяйский подход – и туалет нормальных размеров, а не скворечник какой-то, и электричество везде проведено, можно ночью свет включить. Даже странно, казалось бы – очевидные решения, а у большинства населения ничего подобного и близко нет.

Закончив умываться и оценив отросшую щетину, он решил обойтись денек без бритья.

Целоваться не с кем, а легкая небритость ему даже идет. Для таких случаев можно было бы купить электробритву, да только часто ли он оказывается вдали от зеркала и горячей воды? Вот то-то.

Когда он вернулся в дом, на столе уже стояла большая сковородка, на которой остывала яичница с поджаренными кусками колбасы. В соломенной корзинке крупно нарезанные куски хлеба дожидались, когда их намажут маслом или плавленым сыром. А еще помимо чайника на столе был высокий узкий кофейник, что особо обрадовало Игоря.

— Кофе, кофе или кофе? — произнес Кирилл известную фразу из фильма с Бельмондо.

По идее, ответ там был «Чай!», но во избежание недоразумений Игорь просто протянул ему чашку:

— Наливай!

Вера положила ему порцию яичницы с колбасой и удивленно подняла бровь, встретив его внимательный взгляд. Игорь изобразил благодарную улыбку и пару раз кивнул в ответ.

«Может мне вообще все это приснилось? Сначала кошмар про какое-то жуткое существо, а потом я, еще не проснувшись до конца, увидел обрывок сна в реальной комнате.

Да, так бывает иногда, особенно с перепоя. Вот только непонятно, коньяк на вкус был нормальным, не мог он к таким постэффектам привести. Да и выпили мы всего ничего…»

Ну, а потом началась работа. Друзья вытащили из сарая лестницу, прислонили ее к нижнему краю крутой односкатной крыши и, один за другим, влезли наверх. Похоже было, что последний раз эту крышу перекрывали давно, и рубероид успел просесть под жарким летним солнцем, повторяя рельеф всех щелей между досками обрешетки, а потом потрескаться под весом накопившегося за зиму снега.

Трещины и щели в покрытии были заметны невооруженным взглядом, и их оказалось немало.

— Ходи осторожно, тут несколько досок подгнило! — предупредил Кирилл.

Сам он, вооружившись гвоздодером, ловко долез до верхнего края крыши, отодрал там планки, удерживавшие кровлю, и скинул их вниз. Затем, уже вдвоем, они стали сматывать старое дырявое покрытие.