Сестра

Показалось?

— Нет, а должна была?

— «Всё тайное становится явным, от бытовых конфликтов до мистики!» — процитировал слоган Кирилл, — В «Экстра М» реклама часто попадается.

— А сам ты где, тоже у них работаешь? — спросила Вера.

— Нет, я сам по себе. Я от них еще подростком отделиться хотел, и сделал это, как только смог.

— Чего так? Тебя не любили?

— Не в этом дело. Понимаешь, середина 80-х, гласность, перестройка, демократия. Во всех газетах и журналах – переоценка ценностей. Новое мышление, черт побери! Я считал, что мои родители – прогрессивные ученые и гордился этим.

— Я думаю, что понимаю тебя. Мне тоже было бы тяжело… — медленно произнесла Вера.

— Давно бы уже помирились! — хмыкнул Кирилл, — Тем более, что и причины больше нет.

— Мы слишком разные. Интересы не пересекаются.

Игорь уже пожалел, что разговор принял это направление.

— Похоже, уморили мы тебя расспросами. Пойдем, Вера, видишь, что он спит на ходу?

— Вижу. Спокойной ночи, Игорь, утро вечера мудренее.

Брат и сестра вышли из комнаты и спустились по скрипучей лестнице на первый этаж. Потом ступени заскрипели снова, и в дверь заглянул Кирилл с бутылкой минералки в руке:

— Держи! Если ночью пить захочешь, чтобы не ходить туда-сюда. И не обижайся на Веру, у нее вечно голова какими-то благоглупостями из женских журналов забита.

— Да ладно, нормальная у тебя сестра. — махнул рукой Игорь.

После того, как Кирилл ушел, Игорь всё же прошелся по этажу, заглянув в оставшиеся две комнаты. Ничего интересного там он не обнаружил – пыль, старая мебель, да и ставни на окнах явно не открывались уже давно.

Вернувшись в комнату, он расстелил постель, немного полежал при свете бра, вслушиваясь в темноту. Ничего не скрипело и не шуршало. Эх, сейчас бы девушку, теплую и мягкую.

День второй

Вдали, за застывшими в безветрии соснами догорал закат. А с другой стороны уже висела яркая полная луна. Игорь шел по дорожке через сад, когда увидел впереди темную фигуру в плаще с капюшоном. Вера? И он сразу понял, что ошибся. Рука женщины начала подниматься, откидывая капюшон с головы, и он вдруг с ясностью понял, что сейчас случится то, в сравнении с чем смерть покажется лишь досадным недоразумением.