Медведь-батюшка

Я буду так его называть. Тупой старый дед.

Пока я медленно шла по тропинке, стало заметно, что по краям глаз пролегли полосы черноты – боковое зрение ограничили выросты по сторонам лица. Я ощупала переносицу – плоть понемногу сдвигалась вокруг глаз. Может быть, я скоро ослепну. Старик бросит меня в лесу, и я умру от голода. Если раньше до меня не доберутся медведи – думаю, это было бы даже лучше… Ненавижу чувство голода, а медведь разорвёт меня за минуту и – прощай… Мои останки упокоятся среди зелёной травы.

Я подумывала достать из рюкзака телефон и наушники, послушать музыку, но меня нагнал Говно Павлович и решил поделиться новыми переживаниями:

– Мне, знаешь ли, на самом деле вообще не жаль, что так всё обернулась.

Ваша работа мне совсем не нужна. Мне что, очень хотелось на такую работу соглашаться? Кем бы я работал?

Отвечая на свой же вопрос, он произнёс следующее слово с отвращением, даже оскалился при этом: «Уборщицей!». Прихлопнув на лице комара, продолжил:

– Я просто оказался без выбора.

Я хотел, как настоящий мужчина… Но, или уборщица, или помирай с голода. Хочешь жрать, наплюй на гордость. Но теперь… – старик вдруг оборвал себя и прервал свои разглагольствования.

Наверное, в суд решил подать за похищение, а сейчас сообразил, что если хочет по максимуму выиграть из сложившейся ситуации, то лучше бы держать свои гаденькие планы подальше от стороны противника.

Сделав вид, что уже забыла про неприятного деда и про его враждебную попытку завязать разговор, я остановилась и достала из верхнего кармана рюкзака телефон и наушники.

Если будет меня доставать, я вообще могу сбежать в чащу и бродить в свои последние часы в тишине и покое, мне всё равно…

Может быть, надоедливый спутник уловил мои дезертирские настроения, поэтому дальше молча толкал тележку рядом.

Первая белая бусина – поворот налево… Я выбрала в библиотеке телефона грустную пианинную музыку. С первых нот меня охватило чувство утешающе-знакомой печали – эту мелодию я слушала не раз. Было так приятно погрузиться в меланхоличные клавишные переборы, всё заполняющие, как шум дождя… Однако одновременно появилось чувство опасности от невнимания к окружающему лесу, к чему-то другому, неизвестному, и к тому же скоро мне стало не хватать полноты ощущения лесной прогулки – шелеста ветвей, хруста веточек под ногами, скрипа деревьев, пения птиц… Эту музыку я могу и дома всегда послушать, а прогулка по лесу — это всё же совсем другое, и прекрасно по-своему.