Свет надежды

– От неожиданности тот вытянулся в струнку и бодро отрапортовал:

– Улица Летняя, дом пять!

– Спешу заметить, что это наш общий адрес, – вежливо уточнил чернокнижник. – Эти люди – мои гости, и в ближайшее время будут жить в моем доме.

Лехнер буркнул что-то себе под нос и снова принялся черкать в журнале.

Над входной дверью затрезвонил колокольчик. Мгновение спустя, в участок ворвался еще один полицейский. Средних лет мужчина в форме держал шляпу под мышкой, бледнел лицом, натужно пыхтел, сопел и вообще выглядел до крайности замотанным.

– Что тебе, Гарт? – недовольно пробурчал Лехнер, поднимая голову от записей, – опять "важное"?

– Там... Это... Как его... Ву-у-ух… – шумно выдохнул тот. – Псих убился.

– Какой псих? Ты задержанного до доктора довез? – Лехнер нахмурился.

– Довез. Доктор сказал, что тот псих и велел везти его в богадельню. – Гарт, отдышавшись, даже порозовел. – Только он в окно сиганул. Вусмерть. А перед этим кричал "Он идет, тьма идет!"

– Прошу прощения, это вы о ком? – удивленно вклинился в разговор Михаэль.

– А с чего это я вам докладываться должен? – подозрительно прищурился Лехнер.

– Потому что я еще и частный детектив, нанятый советом Каберты, а ваша контора обязана оказывать мне всяческое содействие.

И Михаэль достал из кармана бумагу с гербом и печатью.

Лехнер глянул на бумагу, потом на чернокнижника, скривился и неохотно пояснил:

– Да привезли ночью каменщика, орал что-то про тьму и смерть. Думали, сумасшедший. Как видите, так и оказалось, раз из окна вылетел.

– Вот-вот, – добавил Гарт, ткнув указательным пальцем в потолок. – Вчера смотрителя привезли. А потом еще этого психа… Истину говорю, грядет конец света.

Томас и Михаэль одновременно глянули вверх, после перевели взгляд на Лехнера, который тоже смотрел туда, куда указывал Гарт, и чернокнижник поинтересовался:

– А кто ведет дело Тиссена?

– Известно кто, комиссар Кляйн...

Внезапно со стороны лестницы раздался грохот. Взгляды всех присутствующих переместились в ту сторону.

Томас хекнул и бросился на помощь свалившемуся толстяку. Подхватил под руку, помог сесть. Потерпевший привалился спиной к стене и простонал:

– Да что за день-то такой сегодня! Снова наступил на шнурок...