Холод и жар

Неудивительно, если учесть, в какие времена живём – в далеко не мирные!

– Угу, – безразлично кивнула Изабелла.

Она была готова сидеть в твёрдом неудобном кресле с обшарпанной обивкой и слушать изобретателя сколько угодно, лишь бы его рассказ приглушил подавленность внутри.

– А это венец моего творения, – Алхимик подошёл к другому столу, где под лупой в зажиме переливался огромный рубин, – философский камень.

– Философский камень? – Сестра немного оживилась.

– Источник всех моих богатств, – кивнул Алхимик, – он даже гниль превращает в золото.

– А это результат твоих экспериментов? – Изабелла обратила внимание на желтоватые куски металла, которые были разложены на столе с философским камнем.

– Именно так! – похвастался безумный мастер, – я столько бился над этой формулой!

Гном отошёл от камня и плюхнулся в кресло напротив Изабеллы.

– А сколько лет ты в Гранд-Альянсе? – поинтересовалась она. Вроде Гранд-Маршал говорил что-то о потере памяти…

– Уже лет пять где-то, – пропищал Алхимик.

– А где ты раньше был?

Её собеседник внезапно перестал улыбаться и стал серьёзным, даже поникшим.

– Меня нашли воины Гранд-Маршала, – голос гнома стал не таким пронзительным, – там, в горах на севере. Я был одет в костюм в человеческом стиле, и моя борода была сбрита. И мне отшибло память – напрочь. Я не помню ни своего имени, ни откуда я родом. Всё, что у меня было – познания в алхимии, благодаря которым я заслужил какое-никакое доверие Гранд-Альянса.

В это время Гомункул водил головой в разные стороны, но его железное лицо с круглыми красными глазами не выражало никаких эмоций.

– А ты пытался разузнать о себе побольше? – Изабеллу охватило любопытство.

– Раньше я хотел понять, кто я и откуда, – задумчиво произнёс Алхимик, – искал информацию, хотя бы малейшие подсказки. А потом я понял, что важно не то, кем я был раньше, а то, каким я сделал себя сейчас.

Девушка подумала о том, насколько они с ним были похожи. Она хотела остаться Изабеллой, Сестрой с фиолетовой силой, и перестать быть Элеонор Перес – точно так же, как гном забыл свою прежнюю личность. Но её волновал ещё один вопрос, который требовал уточнения:

– Гранд-Маршал сказал на совете, что твоя магия нетипична для гномов.

– Да, а почему ты это вспомнила? – голос изобретателя снова стал очень высоким.