За окнами "Тихой гавани"

О музейных новостях, о фестивале, о планах, успехах и трудностях… И вдруг замолчал, поражённый неожиданной мыслью, которая вызвала одновременно удивление, удовлетворение и смутное, тянущее беспокойство.

– Значит, если бы не Элли, мы так и продолжили бы заниматься всем этим и даже не подумали бы друг другу позвонить?

Джин помолчала, задумавшись.

– Мне бы понадобилась твоя помощь, чтобы обосновать заявку на грант, – сказала наконец, старательно изображая иронию. – А тебе не помешал бы ещё один сильный сенсорик для организации фестиваля.

«Ты обещала, что позвонишь сама. Я обещал дождаться. Сколько бы я выдержал, если бы не Элли? Сколько бы ты выдержала?»

– Это обнадёживает, – не слишком искренне усмехнулся он. – Может, стоит подвести итог нашего эксперимента? Я так понимаю, кошмары тебя больше не мучают?

– Не мучают, – согласилась Джин.

– Отлично. – Нестерпимо захотелось прижать её к себе. И никогда не отпускать. Как будто до этого момента он не осознавал, не верил, что она действительно может уйти.

– В полеэмоциональной связке. Донорство – всегда стресс, и энергетический, и психологический. А в нашем случае – тем более. И я действительно за тебя беспокоилась. Я и сейчас иногда беспокоюсь. Но когда поле в порядке, это не вызывает таких эффектов.

– И каков твой вердикт? – поинтересовался Эш.

– Я могу без тебя жить, – сообщила Джин. Чуть отстранилась, приподнялась на локте, скользнув по его плечу кончиками растрёпанных кудрей.

Она улыбнулась, но взгляд остался серьёзным, вопросительным.

– Уверена?

Джин снова опустила голову ему на плечо, прижалась к боку маленьким рыжим котёнком. Уютная, тёплая, невыносимо хрупкая.

– Наверное, нужно спросить, к каким выводам за этот месяц пришёл ты, – сказала тихо. – Но мне в любом случае не хватит смелости ещё раз от тебя уйти.

– Это хорошо, – кивнул Эш.

2-5 мая 2021 г.

Люди смертны... (Мэй и Крис)

Люди смертны.

Мы смертны.

Он смертен.

Обычно я вспоминаю об этом, когда злюсь, и злость уходит. Сменяется благодарностью – за то, что мы оба всё ещё здесь.

Он смертен.

Он помнит об этом постоянно. Он торопится, он развивает безумную, нечеловеческую скорость.