Ведьминский патруль

Ребята настолько сдружились, организовывая торжество, что теперь нас ждет еще одна свадьба.

Мама, бабушка и Ярослава были очень за меня рады, хоть и не скрывали опасений насчет недолговечности нашего союза. И их можно было понять — слишком много неудачных примеров перед глазами. Но нам с Антоном абсолютно плевать на стереотипы и косые взгляды. Наша семья для нас самое главное.

Когда я забеременела, то сразу встал вопрос о родах. Как бы не тренировала я выдержку, но в обычном роддоме срыв контроля мог стать фатальным.

И вот теперь, когда часы схваток и боли остались позади, я с упоением разглядывала личико сына и беспрестанно целовала его в нежную макушку. Баба Нюра ушла звать Антона, который бродил все это время вокруг избушки, дружно изгнанный нами, дабы не мешать процессу. Бьющийся в нервяке маг огня — это за гранью реальности, скажу я вам.

Послышались торопливые шаги и дверь резко распахнулась, явив моего всклокоченного и нервного мужа.

— Рада, ты как? — он подлетел к кровати и опустился на колени. — У тебя что-нибудь болит? Может, тебе что-то нужно, ты только скажи, я мигом…

— Все в порядке. — прервала я его сбивчивый монолог. Антон и раньше опекал меня, но с беременностью стал хуже курицы-наседки. А когда начались схватки, то так метался за дверью комнаты, что пришлось выставить его во двор.

— Смотри, какое чудо, — я протянула к нему сверток.

— Какой крохотный. — Антон неуверенно посмотрел на меня и попросил: — Можно? Мне?

Я улыбнулась и кивнула, аккуратно переложив сына на руки к папе.

— Теперь я знаю, как пахнет счастье, — муж поцеловал сына в макушку, совсем как я недавно.

— Ну что, молодежь? — баба Нюра залетела в комнату небольшим вихрем, раскладывая пеленки, бутылочки и прочую мелочь. — Как решили назвать?

Я посмотрела на Антона, а он мне подмигнул. Имя мы выбрали давно, пережив не один десяток споров, но все-таки найдя компромисс.

— Ярослав. — ответила я, удобнее устраиваясь на подушках.

— Хорошее имя. — одобрила баба Нюра и взяла младенца на руки.

Ярослав на миг приоткрыл глаза и тут же недовольно засопел и завозился. Баба Нюра с удовольствием заагукала и защебетала над малышом, но эффекта это не возымело. Ярослав все сильнее беспокоился и уже сморщил личико, чтобы заплакать. Я протянула руки, намереваясь взять сына, но баба Нюра просительно посмотрела на меня.