Ведьминский патруль

Нечисть днем активизировалась крайне редко, поэтому обычно хватало одной-двух дежурных постоянных групп на весь город, состав которых вот уже как года четыре не менялся.

Антон истолковал мой вздох по-своему:

— Не бойся, вдвоем не страшно.

Я подняла на него недоуменный взгляд, а через секунду громко расхохоталась.

— Уточняю — втроем. А я сейчас вся в предвкушении от зарядки в общественном транспорте в вечерний час пик.

Антон криво улыбнулся. Видимо картинка в роли героя-защитника в своем лице выглядела куда интереснее, чем давка в переполненном автобусе среди потных дядечек и усталых тётенек с неподъемными сумками.

Я глянула на часы и ахнула — незаметно пролетело уже четыре часа. Хорошо поработали… Парень встал и потянулся с легким хрустом в спине.

А фигура у него тоже очень даже ничего. Я вновь зависла — прям, как для меня подбирали. Стройный, высокий, с красивой подтянутой попой, в хорошо сидящих на последней темно-синих джинсах, подкачанными руками, хорошо выделяющихся под тканью черного тонкого джемпера.

Антон поймал мой заинтересованный взгляд и с понимающей улыбкой подмигнул.

Черт! Черт! Черт!

Рада, приди в себя и подбери слюни! А то этот ходячий феромон подумает, что ты не против совместить работу с ни к чему не обязывающим сексом. Это, конечно, не такое жесткое «табу», но все же я старалась вообще не смешивать работу со всем остальным. Поэтому, придав лицу равнодушное выражение, сделала вид, что ничего не поняла. Встав с кресла, тоже потянулась и подошла к двери, взяв куртку с вешалки — дел в конторе больше не было, хотелось быстрее сбежать домой.

— Встретимся возле северных ворот около будки сторожа в семь. И не опаздывай, ждать не буду! — Мой ответ прозвучал грубо, и я разозлилась на себя за несдержанность.

Но Антон, похоже, на мой тон не обратил никакого внимания. Медленно подойдя к выходу, он почти взялся уже за дверную ручку, когда вдруг обернулся, наклонился к моему уху и тихим низким голосом выдохнул:

— Не волнуйся, я не заставлю себя ждать…

По моему телу вниз ринулся табун мурашек, а я, застыв от неожиданности, неотрывно смотрела в пронзительные карие глаза, которые гипнотизировали.