Мир в хорошие руки

Ростом он был примерно с меня, довольно хрупкого телосложения, облачен, как и полагается летчику, в высокие сапоги, бриджи, кожанку и шлем авиатора, почему-то с вытянутой пимпочкой на макушке. Остановившись в метре от меня, пилот упер руки в боки и смерил мою персону критическим взглядом. Я крепче прижал волчок к груди и невольно поджал пальцы.

– Ну, и что ты делаешь в Дарро? – спросил тоненький девчачий голос. 

Так жарко мне никогда еще не было. Краска бросилась в лицо, уравнивая баланс температур. Теперь и снаружи, и внутри меня было градусов под сорок.

– Чего не отвечаешь? Ты немой?

Я нашел в себе силы помотать головой.

– Чего от тебя хотел каннам?

Сообразив, что каннамом, очевидно, назывался кровожадный «попугай», я умудрился одновременно мотнуть башкой и пожать плечами.

– Так, – сочувственно подвела итог девушка-пилот. – А имя у тебя есть?

Я кивнул и пролепетал языком-тряпкой:

– Лиан.

– Это что еще за имя такое? – вздернула брови под буденовку летчица. 

В этот момент я сообразил, что хоть и понимаю без труда мою собеседницу, говорит она вовсе не по-русски, и слово «лиан» на ее языке обозначает «легкий». М-дя, в этом мире мое несчастное имя имело не больше смысла, чем в родной стране. 

– А я, как ежик, – решил я отшутиться, – сильный, но легкий.

– Какой еще ежик? – подозрительно выпятила нижнюю губу девица. 

Я понял, что сморозил глупость. Кто знает, водятся ли вообще ежики в… Дарро?

– Да из анекдота, – я потупил взор. Как ни странно, это прокатило.

– А-а, – протянула моя спасительница. – Этого я еще не слышала. Ладно, по пути расскажешь. 

Девушка развернулась на каблуках и промаршировала к торчащему из «асфальта» секачу. Крестовидная гарда была шириной с ее плечи и высилась на уровне груди. Не смущаясь этим фактом, летчица поплевала на перчатки и ухватилась за витую рукоять.

– Ну, что стоишь? Помоги! – крикнула девчонка через плечо. Мне совсем не улыбалось изображать короля Артура. К тому же ради этого пришлось бы выпустить волчок, хотя он и так, в общем-то, мало что прикрывал. Я сделал несколько робких шажков в сторону летчицы:

– Я соврал, что я сильный. Я только легкий.