Мир в хорошие руки

Не уронили мы парня только благодаря толстому слою паутины, прилепившего бессознательного пилота к поверхности планера. Вообще эта дрянь была повсюду. Машура, скорчившаяся на носу, напоминала кокон, так ее опутало. Правильно, нечего было вперед батьки лезть, то есть меня отпихивать… Тут я как-то обеспокоился. Динеш вроде в отключке, сестра тоже не подает признаков жизни… Может, эта гадость ядовитая? И где теперь Ноал? А Ла Керт?

– Идиот! 

Ну вот, вампир легок на помине. Летит себе, крылышками стрекозиными помахивает, только прическа растрепалась.

– Чего вы обзываетесь? – возмутился я. 

– А как еще называется ди-существо, которое само лезет в объятия смерти? – высокопарно окрысился вэазар.

– Вообще-то я вполне жив, если вы этого еще не заметили, – буркнул я, а у самого та самая Маруська на душе заскребла когтями.

– Надолго ли, – хмыкнул Ла Керт. – А товарищи твои как?

Действительно, а как? Пожать плечами, когда двумя руками держишься за то, на чем лежишь плашмя, довольно трудно, так что я озвучил сомнение словами:

– Погано, кажется.

– Зло, – доходчиво пояснил вампир.

– Ага, а я-то думал, чего от него морда так чешется, – фыркнул я. – Нет, а серьезно?

– Серьезно, – проворчал Ла Керт, ловя крылом восходящий поток воздуха. – Это ненависть Ноала. Разъедает сердца хуже кислоты.

– В смысле? – В носу у меня подозрительно засвербело, и я чихнул. – Фигурально выражаясь?

– Буквально, – и вампир умудрился пожать крыльями прямо в полете.

Жесть! Я прислушался к ощущениям в собственной груди. Ничего, вроде нормальные были ощущения, хотя пульс сейчас явно зашкаливал. Динеш тоже начинал шевелиться, серая пелена на нем порассосалась. На всякий случай я ухватил его за ногу – дальше не мог дотянуться – и втащил как можно дальше на крыло. Зато вот Машура так и лежала коконом. Я постарался не падать духом:

– Чего-то я не понял.

Ла Керт глянул на меня как-то с жалостью:

– Скажи спасибо, что девочка приняла на себя первый удар. 

Эх, так бы и врезал вампиру, если б руки у меня не были заняты!

– Вы что же… А как же… – Слова забывались, присыхали к языку, наскакивали друг на друга. – Вы ее вылечите? – наконец, удалось выдавить мне.