Город шепчущих теней

Пройдя немного, он остановился, с отвращением подвигал челюстями, будто избавляясь от мерзкого вкуса во рту, и недовольно пробурчав пару слов направился дальше.

Интересно, - отметила я про себя, - не на это ли, жаловались посетители? - Впрочем, не поужинаешь, не узнаешь.

Заведение на удивление оказалось набито людьми. Сновали слуги с полными подносами еды, и я с наслаждением втянула воздух. Аромат был потрясающим, особенно, для моего пустого желудка.

Тут же ко мне подскочил низенький пузатый человечек с гладким, розовым как у молочного поросёнка, лицом.

- Что вам угодно в скромной таверне Бируса Махра? - по его просиявшему радостью лицу можно было подумать, что он принимает у себя не меньше, чем королеву.

- В «Блаженной тени» вас не только накормят и снабдят едой для дома, но и предоставят, если нужно, удобную комнату на третьем этаже.

- Стол и склаш, - пресекла я почти ощутимый кожей, поток дружелюбия.

- Разумеется, с превеликим удовольствием!

Он цепко огляделся по сторонам и найдя незанятый столик, ловко провёл меня к нему.

- Сегодня у нас тушёная царацылла, рекомендую с моим личным соусом из перетёртых плодов дерева смух.

- Давай сюда царацыллу, и кувшин склаша!

Бирус Махр помедлил: - Может быть, леди изволит вместо него саратосский лур? Или сваренной мной лично вортуанской пиреллы.

- Склаш, - безапелляционно прервала я трактирщика, - один большой, наполненный до краёв кувшин.

- Как вам будет угодно, - казалось он чуть не заплакал, настолько жалким стало его лицо.

Почти четверть часа я ёрзала на стуле, испытывая нечеловеческие муки голода. В животе урчало, а со всех сторон слышалось бодрое чавканье. Ароматы пищи от которых в таком месте никуда не скрыться, проникали в нос заставляя живот исполнять всё более сложные трели.

Наконец появился долгожданный слуга с подносом.

Сгрузив кувшин, большую тарелку с кусочками мяса залитого аппетитной светлой подливой, и блюдо поменьше с соусом, он молча удалился.

Рискуя показаться некультурной особой, я быстро схватила вилку и жадно нанизав на неё сразу три истекающих соком куска, отправила в рот.

Ммм... Мясо, всё в тоненьких как паутинка прожилках светло-жёлтого жира, попросту растворялось на языке. Откинувшись на стуле, я сделала глоток, который, пожалуй, с радостью одобрил и сам Ашгат Флепп. Склаш оказался великолепен и я почувствовала, что так не далеко и до кулинарной измены Бронжемонту Грому.