КОРОЛЕВСТВО ХРОМАЯ СУДЬБА

Он внимательно посмотрел на Аннунциату, не отпуская руки Пьера:- А не жениться ли мне на Вас? Поэт так красиво воспевал чистую и прекрасную любовь….- Кривой! – он опять обратился к кому-то сзади, – я сегодня разведён?- Да, господин Канцлер. Вы разведены в тридцать седьмой раз пятнадцать минут назад.- Вот и славно. Встретимся на балу у Королевы, – он присел на одно колено и поцеловал руку белой, как смерть, Аннунциаты.- Аннунциату проводить домой. И чтоб ни один волос!!!- Роби пусть зайдёт ко мне.- Пьера в «Весёлую Башню» попытать, не скрывает ли он чего перед казнью.

- А этого…,- он посмотрел на Лаки.- А этого не трогайте. Пока.Все разошлись. Лаки остался за столом один.Из-под стола неторопливо вылез огромный пушистый чёрный, как смоль, кот и походкой императора направился в самый дальний и тёмный угол комнаты. «Наркоты подсыпали…», – подумал Лаки. Не дойдя и трёх-четырёх шагов до неосвещённого угла, кот остановился, оглянулся, взглянув Лаки прямо в глаза глубоко-глубоко, требовательно и громко сказал: «МЯ-я –у!». Лаки встал и подошёл. Кот лапой «засыпал мусор» в углу, как делают это иногда собаки и коты. Лаки пригляделся и увидел маленькую книжицу. Такие делали раньше для чтения в транспорте. Сувенирное издание. Оно было так мало, что легко помещалось в нагрудный карман рубашки. Лаки раскрыл наугад и прочитал:Любовь слепа и нас лишает глаз.Не вижу я того, что вижу ясно.Я видел красоту, но каждый разПонять не мог, что дурно, что прекрасно.Но все, что видел, отрицал мой взор,Подкрашивая правдой облик лживый. Правдивый свет мне заменила тьма,И ложь меня объяла, как чума.«Интересно», - подумал Лаки и положил книжечку в карман. Он огляделся. В трапезной по-прежнему никого не было. Кот исчез. Лаки осмотрел угол, но не нашел ничего примечательного. Ни скрытой дверцы, ни норки, ни потайного хода…Он вздохнул и вышел на улицу. Солнце клонилось к закату. Стояла непривычная для этого времени года жара. Солнце из жёлтого золотого яблока превратилось в оранжево-красное помЕло. Над плавящимся асфальтом плыло марево. Даже молодые листья на деревьях как-то пожухли, завяли. Издалека доносился стук топоров и визг пил. Кто-то тронул его за плечо. Лаки вздрогнул и оглянулся.- Господин Поэт, господин Поэт! Что же нам теперь делать? Они казнят Пьера.- За что?! – спросил Лаки- Эх, разве казнят за что? У нас обычно казнят потому что….- Мне очень жаль Аннунциату. Но я не знаю, чем могу Вам помочь.- Но Вы же видели, как ОН себя вёл! - Аннунциата оглянулась по сторонам.