Бумажный самолётик

Они плавали по морям, жили строго на побережье и пользовались этой самой письменностью! А ещё почитали свой собственный, уникальный пантеон божеств. Speaking about gods…

Он отошёл от здания подальше. Луч фонарика очертил стилизованную фигуру, вытянувшуюся во всю стену.

— Вот здесь видно особенно хорошо. Look, черты тела и лица гротескны, но на удивление достоверны. Мне кажется, художник наглядно представлял, кого изображает. It's amazing! Вообще этот культ просуществовал довольно долго и даже уверенно спорил с иудаизмом.

Договорить он не успел. Лида, всё это время молча и как-то даже потерянно переминавшаяся перед открытой дверью, вдруг вскинулась — будто услышала окрик, приказ. Она выудила из своей небольшой торбы маску с респиратором и какой-то небольшой цилиндр. Маска уверенно укрыла лицо девушки, словно та тренировалась надевать её на скорость. Поправив ремни, Лида деловито подошла к Сэму, развернула за плечо к себе.

Майк, наблюдавший всю эту сцену словно со стороны, как странный и причудливый сон, дёрнулся и вскочил.

— Э, алё! Систер, ты долбанулась, что ли? Крышечка потекла окончательно? Что за танцы?

Ему показалось, что он моргнул буквально один раз. За это короткое мгновение знакомая фигурка выросла прямо перед Майком, не сделав ни шага. Даже каре изумрудных волос не качнулось. Темнота словно сгустилась за плечами девушки, в пальцах заискрило, пахнуло озоном.

— Лежи смирно, диггер. Он придёт и за тобой.

Небо распахнуло глаза и упало.

***

Боль — это хорошо. Боль означает, что ты жив, а не ушёл в свой последний тоннель. Банально, но факт.

Первый вдох дался жадно и резко, высушив глотку по самые трахеи и заставив давиться кашлем. Каждая мышца ныла от пережитого спазма, каждая требовала внимания. В голове звенела потрясающая пустота. Впрочем, через пару секунд там уверенно расселось единственное слово: «Шокер».

Отплёвываясь от пепельной пыли, налипшей на вываленный язык, Майк нашёл в себе силы сесть. Потёр шею, где зудело и чесалось пятно от разряда. «Да, дела-а-а». Остальные мысли резко приняли инвективный и непечатный окрас.

В лицо прилетел маленький пылевой бурунчик, заставив снова плеваться и протирать глаза. Майк замахал шапкой, утёр лицо, а потом вдруг замер и резко, хищно закрутил головой.