Гримуар для детектива

Пересказ всех странностей закончился, когда парочка добралась до десерта. Павел задумчиво жевал ананас и поглаживал любимую по изящному плечику.

— Одна ты жить в той квартире не будешь. И вообще, думаю, пока стоит остаться в отеле.

Он поболтали ещё чуть-чуть, а потом Катя почти мгновенно заснула. Блондин вышел на балкон и прикрыл за собой дверь.

— Спишь?

— Уже нет. Зачем мы только забрали тебя у цыган?

— У всех старшие братья, как братья и только мне достался монстр и мизантроп.

— Я был нормальным, пока не появился ты.

Машину забрал, стоит в гараже. Ты же из-за неё звонишь?

— Спасибо, но звоню я совсем по другому поводу. Серега, посмотри, есть в твоих базах кто-нибудь известный из N-ска?

— Раса?

— Любая, кроме людей. Кате досталось очень странное, совсем не человеческое наследство.

Блондин закончил разговор и ещё немного постоял на балконе. Вид открывался шикарный — море, лунные блики, качающиеся на волнах и россыпь звезд на темно-синем, почти черном небе.

Глава 2

Павел проснулся первым.

Катя про расставание вчера не вспоминала, но утреннюю панику никто не отменял — всем известно, что при солнечном свете страхи кажутся пустяковыми, а совершенные накануне поступки оцениваются с утра гораздо строже.

После кофе и завтрака они решили что заберут из квартиры Катины вещи и ларец с украшениями. Пашка предложил арендовать банковскую ячейку, как самый безопасный вариант хранения драгоценностей.

В каршеринге блондин повздыхал над яркими спорткарами, но выбрал довольно скромный автомобиль для среднего класса.

Катя удивленно приподняла бровь, а он только комично развел руками.

К дому Александры Ивановны они приехали уже после обеда. Во дворе было тихо, ни детей, ни старушек на лавочке. Вместе зашли в сумрачный прохладный подъезд, поднялись на третий этаж. Павел с любопытством разглядывал лестницу и кованые перила.

— Эй, ну что ты там застрял? — поторопила любимого Катя, открыла дверь и сделала приглашающий жест, но Павел заходить не спешил и ей не позволил.

В прихожей, на груде вещей, вываленных из шкафа, лицом вверх лежала тощая старуха с перерезанным горлом.

Прода

— ***, — вырвалось у Павла. — Надо вызывать полицию.

До приезда наряда они просидели в подъезде на подоконнике. Разговаривали шёпотом, словно покойница в квартире могла их подслушать.

— Ты точно её не знаешь?

— Точно.

— Может, папина приятельница?

— Паш, судя по тому, что я успела увидеть, труп старше отца в два раза.