Травник

Но другие варианты на ум не приходят.

Еда в вагоне-ресторане стоит каких-то космических цен. Мои соседи по купе к этому вопросу подошли с разных точек зрения. Григорий и Надежда из дома харчей взяли и, кажется, им их хватит на пару недель. Иван Петрович сорит деньгами и чаевые щедро раздает. Я не то, чтобы экономлю, но выбираю еду, как и большинство попутчиков, не заказываю себе коньяку с фруктами и шоколадом.

— Стас, вот ты молодой парень, прожил в глуши и теперь решил увидеть, как живут в больших городах. Неужели сможешь вернуться и не захочешь ничего изменить? — обратился ко мне господин Прыжнев, так представился Иван Петрович.

Мы сидим за столиком вагон-ресторана, и мой собеседник принял на грудь грамм двести коньяка и сейчас смолит сигареткой. Кстати, предпочитает не имперский табачок, а привезенный, если правильно прочел на пачке, то из АСШ — Американских Соединенных Штатов.

— Если получится, то что-нибудь и изменю, — пожал я в ответ плечами, продолжая орудовать вилкой и поглощая недосоленное пюре с селедкой, которая компенсирует недостаток специй в гарнире.

— И каким же образом? — насмешливо поинтересовался Прыжнев. — Закончишь вышку и вернешься на завод или под погоны встанешь?

— Пока не загадываю, закончу школу, а там посмотрю, — уклончиво ответил, а потом уточнил: — Или есть что предложить?

— Возможно, возможно, — хитро посмотрел тот на меня, а потом склонился над столиком, приблизив свою голову ко мне и шепнул: — Заработать стольник хочешь?

— А чего делать нужно? — прикинулся я заинтересованным в легких деньгах.

По легенде, которую наспех для своих спутников состряпал все выглядит так. Совершеннолетия не достиг (ну, тут не соврал), в школу отдали поздно и перешел в одиннадцатый класс. Рожден в рабочей семье и мечтаю подняться чуть выше бати-промысловика.

— Ты Гришу сюда замани и подпои, дай мне с Надюшей пообщаться часик или два. Вне зависимости от результата сто рублей твои. А, еще и заплачу за ваш с парнем ужин. Ты же мужик, понимаешь меня! — сделал предложение Иван Петрович.

— Гм, а Надя-то не против? — с сомнением в голосе, спросил я.

— Ой, да поломается-покочевряжится и ножки раздвинет, не таких цац уламывал! — отмахнулся тот и поделился: — Хотел к проводнице подкатить, но тут-то победу одержать интереснее.

Сделать так, чтобы его детородный орган никому и никогда не угрожал? Или рожу набить? Понимаю, о чем он толкует и у Надежды, считай положение аховое. Этот хозяин жизни никого не боится и за деньги купит чуть ли не любого.