Травник

— Тело и мышцы следует укреплять, но не таким образом, чтобы из костей наросты лезли! Так и передай своему дару и контролируй время от времени свое здоровье. Уж с базовыми проблемами твой источник легко справится, — еще раз проинструктировал Сашку, после чего разорвал контакт и прислушался к собственным ощущениям.

Легкая усталость присутствует, сказалось напряжение, но ожидал худшего. Сил, как ни странно, затратил всего ничего, правда, пропотел прилично. Кое-какие рекомендации и советы дал, чтобы ребенок указал своему дару, что делать.

— Дядя Стас, а могу к матери сбегать и рассказать, что вылечился? Она там волнуется!

— Беги! — улыбнулся я и попросил: — Передай ей, что воспользуюсь предложением и помоюсь в баньке, а потом хотелось бы продолжить путь.

Зинаида поймет и попутку мне подыщет, а Сашке все объяснять нет смысла.

— Знаешь, уже и не помню, как классно, когда ничего не болит! — восторженно сказал парень, направившись к двери, но топом обернулся: — Большущее спасибо!

— Не за что, — отмахнулся я.

Хм, приятно, черт возьми, получается не зря тут остался. Однако, следует задуматься и о своих делах. Зину-то попрошу, чтобы не распространялась о моей помощи сыну, но слухи не утаить и те, кто меня ищет, рано или поздно тут окажется. Есть ли в запасе время? Думаю, не так много, но и сделать пока ничего не в силах. Пешком далеко не уйти, если только в лес забиться и жить отшельником.

Дрова в баньку натаскал, печь запалил, а вода в баке есть, как и холодная в ведрах и тазиках. Сашка так и не появился, наверняка у матери ошивается или с пацанами бегает. Как ни крути, а он еще ребенок, поиграть и пошалить обязан. Эх, ему бы наставника, чтобы с даром мог общаться и использовать дарованные способности. Тот минимум, что ему дал поможет, но развития не получится. С другой стороны, не совсем мне ясно, как люди, не входящие ни в один из кланов, смогут со своими способностями найти место в этой непростой жизни.

Только разделся и стал себе воду разводить, как дверь в помывочную отворилась и внутрь вошла завернутая в банное полотенце Зинаида. Свет из небольшого окна почти ничего не освещает, но стоять голым перед женщиной как-то неудобно.

— Ты чего? — спрашиваю и пах рукой прикрываю.

— Попарить тебя пришла и за сына отблагодарить, — ответила та.

— Не люблю парную, — признался я.