Затишье перед бурей

Когда-то я особо интересовался концепцией греха и грехопадения. И, разумеется, искупления. И если в наших священных книгах есть хотя бы крупица истины, то для настоящего искупления нужно не просто раскаяние, но раскаяние деятельное. Возможно, жертва… Нет-нет, я не имею в виду, что Кроули должен пожертвовать собой! – поспешно поправился он, увидев, как в ужасе отшатнулся ангел. – Но некое… самоотречение… Да, это вполне можно допустить.

Азирафаэль открыл было рот, чтобы сказать что-то. Зябко передёрнулся и поспешно сцепил зубы.

Уильям сочувственно посмотрел на него. Тяжело вздохнул и, покачав головой, тихо проговорил:

- Сомневаюсь, чтобы сменить… цвет можно было лишь из-за одного душевного порыва или даже нескольких поступков. Пусть даже искренних и самоотверженных… Или, наоборот, полных гордыни и гнева. Иначе… Я надеюсь, не обижу тебя, Азирафаэль, но в противном случае архангел Гавриил Пал бы прямо у меня на глазах.

Азирафаэль непонимающе взглянул на пастора.

Глаза ангела изумлённо распахнулись, и он, отшатнувшись назад так, что стул под ним жалобно взвизгнул и не рассыпался, должно быть, только благодаря ангельскому чуду, потрясённо уставился на собеседника.

- Гавриил - что?!. – не веря себе, выдохнул он. Уильям вздохнул. Пожал плечами, с выражением лёгкой неловкости, словно во внезапной порочности небесного существа был виноват он сам.

- Скажем так… Я не могу назвать являвшееся ко мне существо образцом милосердия и благости.

Потом он слабо улыбнулся – глаза лукаво сощурились, разбежались по лицу лучики тонких морщин.

- Как и не могу назвать Кроули исчадием Ада, - мягко добавил он, с сочувствием глядя на Азирафаэля.

- Я… - Азирафаэль задохнулся. Прикрыл глаза, переводя дыхание. Казалось, что-то мешает ему дышать. Пастор не торопил его. Смотрел, щурясь и улыбаясь странной, покровительственной и совсем чуть-чуть грустной, улыбкой.

Азирафаэль, наконец, справился с собой. Поднял ресницы, встречая очень серьёзный взгляд отца Уильяма. И, помолчав, с благодарностью улыбнулся в ответ.

– Ни в коем случае… - дрогнувшим голосом прошептал он. – Вы правы, дорогой мой Уильям. Возможно, Кроули, наоборот…

Он запнулся на миг, но, переведя дыхание, добавил с неожиданной твёрдостью:

- Возможно, он – самое благородное создание из всех, с кем мне когда-либо доводилось встречаться.