Затишье перед бурей

И понимание, что, при всей симпатии и благодарности Азирафаэля к нему самому, на этой встрече старых друзей он будет лишним. Не говоря уж о том, что после ночного разговора Кроули вряд ли будет приятно вновь видеть его.

…Сам Кроули, к слову, пропустил все приветствия, и высунулся из спальни лишь после третьего, особенно укоризненного, окрика Азирафаэля.

- Првт, - хмуро буркнул он, неохотно кивая присутствующим. И, запрыгнув на подоконник, нахохлился там сердитой замёрзшей птицей. Анафема удивлённо взглянула на Азирафаэля.

- По-моему, я его обидел, - сокрушённо прошептал он девушке, виновато косясь на притворяющегося глухим демона. – Представляешь, дорогая моя, он усыпил меня и, пока я не мог возражать, взялся за лечение моих крыльев! В освящённом месте, где он даже не может толком восстановить силы!

- Идиот, - таким же шёпотом фыркнула Анафема. Потом посерьёзнела. – Получилось?

Азирафаэль замялся.

- Ну…

- Нихрена не получилось, - со злобой откликнулся с подоконника Кроули.

Мальчик, до этого с интересом разглядывающий комнату, с готовностью обернулся. Кивнул, открыто улыбнулся.

- Да, Анафема мне говорила. Я не очень понимаю, что надо делать, но попробую. Мне сейчас не всё удаётся, но мамину руку я недавно вылечил, когда она упала с лестницы. Наверное, должно получиться.

В этот момент отмер Азирафаэль, который от бестактности друга буквально онемел.

- Кроули! – возмущённо воскликнул он, - Это невежливо! Ты мог бы сначала поздороваться, дорогой мой! И начинать разговор с просьб крайне неприлично, я только собрался предложить нашим гостям чай, а ты!

- Пффф, ангел, уймись, - раздражённо откликнулся демон.

Он резко щёлкнул пальцами, и письменный стол в один момент превратился в обеденный – со скатертью в так любимую ангелом клетку и ажурной плетёной бахромой, только… насыщенно чёрного цвета. Второй щелчок – и рядом появился длинный кожаный диван такого же оттенка.

- Чай придумывай сам, - недовольно бросил он немо открывающему и закрывающему рот Азирафаэлю. Покосился на давящуюся смехом Анафему. – Что?

- Серьёзно? Вот это готическое нечто ты считаешь обеденным столом? Какой ужас…

- Клетка – это стильно, - мрачно пробурчал Кроули, явно передразнивая Азирафаэля. И, оскорблённо сложив руки на груди, вновь отвернулся к окну.

- Ты неисправим, мой дорогой… - тяжело вздохнул Азирафаэль.