Затишье перед бурей

Внутри, смывая жалость, вновь всколыхнулась слепая злость. Ублюдки. Он доберётся до всех, кто хоть как-то причастен к этому. Жаль, что Хастур уже сдох, его стоило бы убить ещё раз…

Лучше, конечно, не стало. Хорошо, что не стало и хуже – пожалуй, иди речь о какой-нибудь канарейке, Кроули даже сказал бы, что всё отлично, раны подживают, кровотечение не возобновилось, даже воспаления нет…

Азирафаэль канарейкой не был. А крылья – крылья его были больше, чем частью тела. Больше, чем необходимый для полёта орган.

Часть сущности, часть его собственного «Я»… Их не пришить на место, даже если бы каким-то чудом он сумел добыть обрубки и сохранить их в свежем виде. Не заменить протезами.

…Не восстановить чудом – демоническим точно, иначе он сам не считался бы Внизу редким счастливчиком из-за того, что ухитрился сохранить свои крылья после Падения.

Ему хватит сил ещё немного подлечить Азирафаэля. Быть может, даже полностью убрать раны. Времени достаточно, благодати вокруг – и того больше, так и свербит в носу.

..

Только вот толку от этого, если от крыльев остались только обожжённые обрубки? И от понимания того, что, как бы он ни бился, ангел навсегда останется калекой, Кроули хотелось выть в голос.

Он сглотнул, чувствуя, как жжёт горло едкая горечь ненависти пополам с беспомощной жалостью. И, едва касаясь, повёл ладонью вдоль раны на правом крыле, старательно вливая в повреждённое место исцеляющую энергию.

Он почти не дотрагивался до поджившего среза, но Азирафаэль все равно вздрогнул.

Неуютно шевельнул плечами, застонал сквозь сон – едва слышно, безнадёжно.

- Тише, тише, - беспомощно выдохнул Кроули, поспешно придерживая друга за плечо. – Потерпи, это же я… сейчас будет легче…

То ли легче и впрямь стало, то ли успокоил знакомый голос – но Азирафаэль затих. Спина только так и осталась напряжённой, застывшей в ожидании новой боли, да пухлые пальцы судорожно стиснулись на уголке подушки, словно в попытке уцепиться за что-то, удержаться.

.. Кроули сглотнул. Всё было плохо. Если он хоть что-то понимал, то Азирафаэль сейчас вновь проваливался в только-только прекратившийся кошмар – тот самый кошмар, что Кроули, как ему казалось ещё минуту назад, успешно прогнал.

…И будить было нельзя. Не сейчас, когда материализованные остатки крыльев причиняют совсем не фантомную боль. И обезболить вряд ли удастся до конца – ему просто не хватит сил и на то и на другое.