Переполох в Дахаре

Паренёк удалился от стола, вернулся за стойку и, делая вид, будто бы что-то усиленно трёт старой тряпкой, уркдакой поглядывал на уважаемого колдуна, так, словно с нетерпением ждал чего-то, но изо всех сил пытался это скрывать. 

"И чего он так смотрит на Шеина?" - подумал Армоникус. Эти взгляды казались ему подозрительными.

Старик, меж тем, словно назло помощнику хозяина, всего лишь медленно поедал грибы, глубоко погрузившись в свои мысли, всем своим видом показывая, что окружающий мир его ни капельки не интересует, и заинтересует ещё очень нескоро.

Ничего не происходило. В кабаке повисла напряженная тишина и на какой-то миг Армоникусу показалось, словно все сейчас наблюдают за старым магом. Внезапно, дверь кухни с грохотом распахнулась, привлекая всеобщее внимание. Оттуда разъяренной фурией вылетел Форин с ножкой от табурета в руке и, взревев, огрел ею помощника! По ушам резанул визг, тело рухнуло на стойку, по полу загремели кружки.

- Шеин, в вине отрава! – рявкнул хозяин кабака, под аккомпанемент бьющейся посуды.

  

Бродяги подорвались. Один вскочил с места, заслоняя собой товарища и быстро метнул что-то в Форина. Армоникус вскинул руку, хозяина кабака осыпало песком. На пол упал и разлетелся вдребезги кувшин с отравой. Вскочивший бандит повернулся на звук, но сделать ничего не успел. В тот же миг раздался громкий хлопок и ошмётки его тела забрызгали всю дальнюю стену. Со свистом что-то пролетело в воздухе, и Шеин, хрипя, завалился назад, а второй бандит, не теряя времени, перевернул стол и молнией ломанулся прочь, отшвырнув в сторону какую-то палку.

  

- Стой, ублюдок! – Орим бросился следом, позабыв про собственную магию.

Армоникус тоже отмер и ударил по беглецу, часть стены около входной двери осыпалась песком, а каким-то чудом избежавший этой участи бандит скрылся за дверью. Орим, чуть не поскользнувшись на вине, вылетел следом.

- Стража! Стража! Ловите его! Убийца! – доносились истошные вопли мага с улицы.

Голос Орима постепенно затих и потерялся среди посеянной паники, а никримец, вместо того, чтобы бежать за другом и ловить тени, медленно поднялся на ноги и подошел к Шеину. Старый маг полулежал, опершись о стену и громко хрипел. Он был всё ещё жив, из его шеи торчала тонкая чёрная стрелка, едва ли длиннее ладони. Старик выглядел безнадёжно, дышал очень тяжело, надрывисто. Армоникус тут же вспомнил недавний застольный разговор.