Истоки неприятностей

Створки были заперты на здоровенный замок — самый обычный, типа амбарного, причём изрядно проржавевший. Казалось, его не открывали целую вечность.

Сад за воротами тоже выглядел заброшенным: засохшие и нестриженые деревья, поросшие травой тропинки, пустые бутылки (не то забросили через забор, не то прямо на месте распили и оставили) и, совсем уж внезапно, рваный ботинок. Почему-то один.

Дом смотрел на окружающее запустение тёмными провалами разбитых окон и поскрипывал рассохшейся дверью — и это было очень странно.

Земля в Истоке стоила дорого, и с трудом верилось, что кто-то мог за бешеные деньги арендовать особняк, чтоб не появляться в нём годами. Тем не менее, жить в таких условиях могли разве что бродяги.

Перфи для приличия подёргал ворота, убедился, что они не открываются, и вопросительно посмотрел на Алину:

— Что делать будем?

— А это вообще тот дом?

— Тот самый. Я тут, конечно, давно не был, но всё-таки не настолько, чтоб перепутать.

Девушка задумалась.

Отступать в шаге от цели и возвращаться ни с чем было бы обидно, а лезть в заброшенный дом — безрассудно. Впрочем, рассудительность никогда не была её сильной стороной.

— А какое в Истоке наказание за незаконное проникновение в чужое жилище?

— Не знаю, это к юристам, — пожал плечами географ. — Но, Алина, это вообще-то твоё жилище. Ты хозяйка этого дома.

— Предлагаете заглянуть?

— Нет, но и отговаривать не буду. Зря пришли, что ли? — Перфи прогулялся вдоль ограды, выискивая дыры, не нашёл и сощурился, примериваясь к ажурной решётке.

— Тебя подсадить, или сама справишься?

Видимо, вопрос о дальнейших действиях можно было считать решённым.

Алина в очередной раз одёрнула платье и мысленно прокляла каблуки. Лазать по заборам она так и не научилась, но одно дело — выставлять себя на посмешище в джинсах и кроссовках, и совсем другое — в приличной одежде. Но ворота выглядели довольно удобными для карабканья, и девушка решила рискнуть.

В целом — получилось. Особенно если не учитывать тот факт, что пока она забиралась наверх и спускалась во двор, профессор, исследователь, первооткрыватель и прочая-прочая успел бы перелезть туда-обратно раз десять, и ещё передохнуть после этого. Ему такая стена явно не казалась серьёзной преградой, после Гималаев-то!

К чести Перфи, он даже не смеялся над потугами студентки. Улыбнулся пару раз, конечно, но мало ли чему можно в жизни улыбаться.