Вопреки судьбе

Казалось, он просто прилёг отдохнуть – как мог бы улечься на берегу утомившийся пляжник, не желающий раньше времени выбираться из ласковых морских волн. Только вот вода эта была серой, морщинистой, и не было от неё ни спасения, ни освобождения.

Азирафаэль ощутил, как мучительно сдавило что-то внутри. Увидел, как качнулись вокруг стены… И, запоздало опустив руки, упёрся трясущимися ладонями в пол, пытаясь заставить себя сидеть, не падать, не уплывать в спасительно сгущающийся перед глазами туман. Не оставлять Кроули одного.

Господи, как он посмел решить, что Кроули мог бросить его?..

- О мой Бог… - без сил прошептал ангел, задыхаясь от подступающих к горлу рыданий. –Кроули…

Кроули дёрнулся от звуков его голоса. Вскинул голову, слепо моргая и пытаясь сфокусировать чёрные, чудовищно расширенные щели зрачков. Приподнялся… постарался приподняться. И, запоздало осознав, что происходит, в панике рванулся, пытаясь освободиться от мёртвой каменной хватки. Азирафаэль увидел, как исказилось смертельным ужасом его лицо, когда он понял, что поманившая было свобода оказалась лишь миражом.

Рядом в восторге зашёлся булькающим смехом Хастур.

- Застрял… змеёныш, - хрюкая, сообщил он, заставляя резко замершего Кроули повернуть к нему перекошенное лицо. – Теперь уже не такой самоуверенный, а, Кроули?

- Хассстур… - с ненавистью прошипел тот в ответ; и Азирафаэль с острым уколом жалости услышал в срывающемся голосе безрезультатно скрываемый страх.

А Кроули уже завертел головой, торопливо осматриваясь. Замер, увидев ангела.

Мелькнуло на измученном лице облегчение, тут же сменяясь яростью… и паникой. Азирафаэль только судорожно хватал губами воздух, не в силах ничего сказать. А глаза Кроули уже стремительно пробежались по его лицу, скользнули по телу, с явным страхом ища следы ран… Застыли, неверяще впившись в то место, где Азирафаэль всё ещё чувствовал стремительно отнимающимися ногами смертельный холод камня.

И медленно поднялись обратно.

Ангел увидел, как дёрнулись трясущиеся губы. И почти угадал – не слово, мысль, так и не сорвавшуюся с онемевшего от ужаса языка.

«Прости.»

И, глухо застонав от скрутившей внутренности боли, согнулся, утыкаясь лбом в колени.

«Нет», – бессмысленным рефреном стучало в ушах. - Нет. Нет, пожалуйста, почему он, за что?!»

- Ангел! – испуганно прошипел Кроули, панически дёргаясь в своей каменной ловушке. Азирафаэль увидел это – краем глаза. Услышал.

…вырваться из захлестнувшего его чёрного, беспросветного отчаяния – не смог.