Комедия масок

Потерялись в лабиринте, запутались в загадках этого места и в конце утратили разум.

Пейдж взяла меня за руку и привела в последний зал. Он напоминал гостиную Вивера в Палаццо ди Гатто. Здесь ночные тени сплетались над головой в паутину: ее изменчивые очертания проплывали перед нашими взглядами, проносились в хаотическом танце. Я слышал шум крыльев, шорох, свист и нескончаемый гул. Мы с Пейдж всматривались во тьму, но ничего не видели – весь мир состоял из звуков.

Вдруг я услышал Надю. Она звала меня, и я шагнул вперед, ориентируясь на звук ее голоса.

Теперь я видел только Надю. Она замерла на границе безмирья: между деревьев клубился туман, призрачные твари протягивали к Наде свои узловатые руки. Она звала своих детей на помощь, пыталась освободиться от чар призрачных существ, но ничего не получалось. Я слышал, как Надин голос становится все тише и тише, а потом смолкает навсегда. Я не мог добраться к ней, не мог ее спасти. Все было бессмысленно.

Во сне Надя умирала раз за разом, обреченно, неизменно. Мне казалось, во сне я умирал вместе с ней. Я не хотел больше чувствовать это, не хотел оставаться в жутком безмирье. «Холден, проснись, проснись», – уговаривал я себя. Когда я очнулся, за окнами джипа была непроглядная тьма, и лишь слабый огонек костра мерцал невдалеке от машины. Я был в салоне один, ребята сидели у костра.

Я открыл дверь и вдохнул ночной воздух. Пахло сыростью и замшелыми камнями. Меня трясло от холода, но мне было плевать.

– Я сейчас, – услышал я голос Кая.

Я открыл глаза и увидел, что Кай поднялся с бревна и зашагал к джипу. В руках у него была бутылка. Он остановился напротив меня и заявил:

– Слушай, ну все, перебор. У меня даже под грибами таких приходов не было. Как ты?

– По мне не заметно? – криво улыбнулся я.

– Отвратительно выглядишь, – констатировал Кай.

Я покачал головой. Мне не хотелось идти к костру. Социальные взаимодействия утомляли, мне хотелось побыть в одиночестве. Боже, я так устал.

– Можем выпить здесь, – предложил хитрый Кай.

– Ладно.

Кай открыл бутылку местной алкогольной дряни с резким запахом спирта и дешевых духов. На вкус пойло напоминало перебродивший фруктовый шампунь. Некоторое время мы пили молча. Кажется, я догадывался, зачем Кай пришел.