Комедия масок

Классический делец из Мар ди Силенцио, – Рэйвен поболтал в бутылке вино, сделал пару глотков и протянул мне бутылку, – что же он натворил?

– Да так, отыгрался на мне. Я встала у него на пути, и он меня вырубил. Позорище, – я скорчила рожу, – Утратила бдительность. Мне сейчас ужасно жалко себя, чувствую себя просто отвратительно, – призналась я.

– Я ведь предупреждал тебя, – взгляд Рэйвена был сосредоточенным и уставшим, – народ терпеть не может орден. От нас хотят избавиться при первой же возможности. Вивер ненавидит Фальшивых, потому что сам был наемником во время войны.

– Опять ты за старое, – вздохнула я.

– Я просто хотел, чтобы ты держалась подальше от меня и ордена Фальшивых. Думал, незачем милой юной девице вникать во все эти ужасы. Но я ошибся. Милая девица оказалась…

– Не такой уж и юной? – фыркнула я. – Да ладно. Это был мой выбор. И ты действительно ошибался.

– Что, хочешь сказать, твоя рука не дрогнула, когда они отправили тебя убивать за деньги не монстров, а людей? Тебе было плевать, за чье убийство тебе платят?

– А тебе?

Рэйвен задумался.

– Да. Мне было плевать, я лишь хотел получить маску, – честно ответил он.

– Точно так же было и со мной, – я прикрыла глаза и невесело улыбнулась, – когда Капитан пообещал заурядной сиротке силу и власть, думаешь, она смогла отказаться?

Это был риторический вопрос, на который Рэйвен не стал отвечать. Слишком очевидно – мы оба сознательно сделали свой выбор. И практически никогда не сожалели о нем.

По приказу Капитана штаб-квартиру ордена Фальшивых Лиц перенесли в театр, находившийся за стенами Внутреннего города.

Театр отреставрировали, отмыли и отчистили, вывели плесень, взамен сгнившей и развалившейся мебели поставили новую – не такую роскошную, зато добротно сделанную.

Одну из гримерных, с огромным окном во всю стену, обустроили под кабинет Капитана – чтобы можно было пить чай, любуясь на Большой Канал.

Зрительный зал и сцена превратились в общий зал, где собирались все Фальшивые – обменивались новостями, чинили оружие, читали или просто тихо и мирно спали.

Единственным условием пребывания в штабе была, как ни странно, красивая и нарядная одежда – в «храм магии» надлежало являться исключительно в приличном виде. Сейчас в зрительном зале стоял невообразимый галдеж на нескольких языках, разбавленный грубой бранью и громким смехом. Старательно умытые и приодетые «лицедеи» совершенно не походили на сливки общества и высший свет.