Последнее прощай

Тем вечером, в начале одиннадцатого его привычно пустой, безжизненный экран засветился, устройство мягко завибрировало на кожаной поверхности стола. Льюис поднял лежавшую на лапах морду, заметив, как Броуди встал, чтобы дотянуться до телефона, и улегся вновь, когда хозяин опять занял прежнее место, усевшись в кресло рядом с камином.

– Броуди? – произнесла она так, будто готовилась говорить сама с собой или просто находилась в пустом помещении.

– Я здесь.

До него донеслось, как Анна облегченно вздохнула:

– На это я и надеялась.

Он улыбнулся, удивляясь тому, как радостно ему было снова слышать ее голос.

Она вдохнула, задержала на секунду дыхание и заговорила:

– Я хочу задать вам вопрос. Я пробовала спрашивать других, но у меня есть подозрение, что они просто говорят мне то, что я, по их мнению, хочу услышать, вместо того чтобы ответить честно.

Он устроился в кресле поудобнее, разглядывая окна своего кабинета: от темноты глядевшей в них ночи казалось, будто кто-то снаружи выкрасил их в черный цвет.

– Валяйте.

– Вы верите в родственные души? Ну, то есть, что есть один человек на всю жизнь… навсегда?

Он ненадолго задумался:

– Не очень.

– Спасибо, – поблагодарила она. – Мне нужно было сначала услышать это от вас, прежде чем окончательно убедиться в собственном мнении. Каждый пытается рассказать мне, как совладать с горем, как я должна себя чувствовать, но из-за таких вот советов мне сложно понять, что же я сама думаю обо всем этом.

Он кивнул. Ох уж эти благонамеренные души… Этих он знал как облупленных.

– И что же вы думаете, Анна?

– Что Спенсер был моей родственной душой.

– Как вы это поняли? – в этом вопросе не было ничего похожего на осуждение или насмешку. Он искренне хотел услышать ее ответ.

– Просто поняла, – задумчиво ответила она. – С самой первой встречи.

– Вы влюбились с первого взгляда? – а вот теперь его голос прозвучал скептически.

– Если угодно. Хотя, тогда я не думала об этом в таком ключе.

Броуди лишь хмыкнул, так и не дав вразумительного ответа. Это, впрочем, вполне красноречиво выражало его позицию.

– Я только его увидела, и мне показалось, будто я со всего размаху врезалась в кирпичную стену. Без преувеличения – у меня в прямом смысле закружилась голова, потом я начала задыхаться и у меня начало жечь ступни.