Последнее прощай

Медленно и осторожно она опустилась на колени возле Гейл, обняла ее за плечи и крепко прижала к себе.

Глава 11

Плотно сжав губы, Анна напряженно держалась за руль своего автомобиля, следуя за «ровером» Гейл и Ричарда. Покинув Камбер-Сэндс, они направились к ним домой. Приступ Гейл ненадолго погасил вспыхнувшее было в Анне негодование – зрелище тех душевных мук никого бы не оставило равнодушным, – но оно вновь начало нарастать, пока она беспомощно стояла, наблюдая, как Ричард и Скотт развеивали Спенсера (или то, что от него осталось) по волнам.

В ее понимании это должно было стать торжественными про?водами, вот только из-за волн, а может, течений, что-то, вероятно, пошло не так, потому что в результате крошечные частички ее мужа осели на сероватую пену, смешанную с илом, и налипли им на лодыжки. Это было ужасно. Она даже представить себе не могла худшего окончания и без того невыносимого дня.

Сбитая с толку, Анна лишь на полдороге к Гейл и Ричарду вспомнила о том маленьком желтом бунгало.

Всю поездку в ее голове крутились слова, которые она тщательно подбирала, собираясь сказать их своей свекрови, и теперь она чувствовала себя неразорвавшейся бомбой времен Второй мировой. Было достаточно легчайшего прикосновения, малейшего неверного движения, и – бум! – она бы сдетонировала.

Она припарковалась рядом с Гейл и Ричардом. Выйти из машины стоило ей больших усилий, и не только потому, что она одеревенела от долгой езды; она чертовски устала, и ее тело буквально ныло от напряжения.

Входная дверь была открыта, Гейл стояла рядом, загоняя гостей в дом. Анна дошла до порога, но остановилась.

– Анна? – в тоне свекрови скользнула тень раздражения, и Анна почувствовала легкую пульсацию в висках. Ей было невыносимо видеть Гейл. Как и этот коридор, уходящий от порога в глубь дома. Она отчаянно хваталась за остатки самообладания.

После всего, что сегодня случилось, войди она туда и окажись перед необходимостью вести приятную светскую беседу, взрыв бомбы был бы неизбежен.

Как же она была зла! Ужасно, ужасно зла! Но нервный срыв из-за огуречных сэндвичей и кексов никому бы не пошел на пользу.

– Простите… – забормотала она, – я думаю… кажется, у меня начинается мигрень.

И не давая Гейл возможности заговорить, Анна подбежала к своей машине, запрыгнула внутрь и попятилась с подъездной дорожки.

Удаляясь от их дома, Анна представляла растерянное лицо Гейл, так и оставшийся стоять, глядя ей вслед.