Последнее прощай

Нетрудно догадаться, что некоторые дни в году Анна переживала особенно непросто. Она, как могла, пыталась убедить Габи, что в этот вечер ей лучше будет остаться дома, подальше от всех этих «влюбленных» парочек, и взяться за просмотр мрачных драматических сериалов, но Габи была глуха к возражениям, и они поспешили в Общественный центр.

Габи провела приятный вечер – ей удалось привлечь внимание Ли, парня, на которого она запала еще с прошлой вечеринки. А вот у Анны вечер выдался… скажем, не таким, как она ожидала.

Джереми тоже пришел. И она была к этому готова. Он пригласил ее на танец. Это также не стало для нее неожиданностью. Он был обаятелен, развлекал ее историей о том, что продолжил заниматься сальсой, вместо того чтобы присоединиться к своей сестре, которая теперь увлекалась аэробикой в стиле бурлеск, но с окончанием песни не стал задерживаться и отправился дальше. В действительности он просто оставил ее и пошел танцевать с другой женщиной. И пусть у Анны сложилось впечатление, что это было не больше, чем рыцарским порывом, желанием поддержать даму из длинного ряда тихонь, которых он ринулся спасать, ее это почему-то задело.

Впрочем, а чего она ожидала? Что такая добыча, как Джереми, станет шесть недель тосковать по ее «жизнерадостной» и искрометной компании? И в этот вечер он явился на вечеринку в надежде увидеть ее?

Ничего. Ей не хотелось, чтобы он интересовался ею. И она уж точно не интересовалась им, каким бы милым он ни был. Однако несмотря на легкий внутренний протест, наблюдая, какие па он выдает в паре с девушкой с шикарным хвостом, она поняла, что внутри нее захлопнулась какая-то дверь.

Именно в этот момент она и решила проститься с Габи и покинуть вечеринку.

Анна вернулась домой. Зайдя внутрь, она поймала себя на мысли, что в комнатах необычайно пусто, хотя все вещи лежали там же, где она их оставила. Все на своих местах. Разве что на каминной полке отсутствовала открытка, а на обеденном столе не наблюдалось цветов.

Как же она по нему скучала!

В особенности ей не хватало его прикосновений. Не просто секса – за этим бы дело не стало, возникни у нее такая потребность, это все равно что утолить голод или жажду. Ей недоставало тех мгновений, которые случались лишь при длительном знакомстве и близости.